Она сочла его приказ одним из тех бессмысленных, попахивающих дедовщиной правил, соблюдать которые должны одни только интерны. Арья дошла до лифта в глубине помещения, и ей пришлось подождать, пока он приедет. Можно было спуститься по лестнице, вышло бы быстрее, но на нее напало пассивно-агрессивное желание не совершать усилий. Оказавшись внизу, она прошла мимо кабинета при морге в женскую раздевалку, чтобы переодеться, и через пять минут уже входила в помещение для аутопсий. Запах немедленно напомнил ей о вскрытии Керы Якобсен. Сразу захотелось вообще сбежать отсюда и заняться делом, которое ее действительно интересует.

Как она и ожидала, доктор Джек Стэплтон и его любимый санитар Винни Амендола работали за столом номер один в самом дальнем конце зала: тот, кто начинал первым, имел возможность выбирать. В фартуке, перчатках и с опущенным на лицо прозрачным щитом, Арья была готова подключиться. Насколько серьезным будет ее участие, целиком зависело от прихоти каждого отдельно взятого судмедэксперта. Тот мог и дать интерну возможность по существу сделать все самостоятельно, как поступила накануне доктор Монтгомери, и не позволить практически ничего, как двумя днями раньше сделал заместитель начальника Джордж Фонтуорт. Арья до сих пор не работала с доктором Стэплтоном и потому понятия не имела, чего от него ждать. Поговаривали, что он все делает быстро, вот и доктор Макговерн только что это предположил, и при нынешних обстоятельствах Арья могла только порадоваться такому положению вещей. Чего ей действительно хотелось, так это вернуться к делу Керы. Прежде чем выйти из раздевалки, она проверила, нет ли ответа от Мэдисон, но ничего не обнаружила.

На всех столах работали судмедэксперты, и Арье пришлось пройти через весь зал. Тут были тела в разных стадиях вскрытия: одни казались почти нетронутыми, другие уже лишились всех внутренностей. Доктор Стэплтон оказался в числе тех, кто приближался к концу вскрытия. Он работал с телом белого полноватого мужчины в возрасте около тридцати лет. Правая сторона головы была выбрита, выставляя на всеобщее обозрение след, который оставила прошедшая по касательной пуля. Второе входное отверстие располагалось на бедре, но Арья не могла сказать, есть ли дополнительные повреждения на животе или на груди, потому что тело было вскрыто, а кожа и мышцы отведены в стороны, как распахнутое пальто.

— Легка на помине. — буркнул, увидев Арью, доктор Стэплтон, причем достаточно громко. — Винни. заметь, наши молитвы были услышаны. Похоже, доктор Николс все-таки соизволила к нам присоединиться.

В руках он держал деревянный штырь примерно три фута длиной. Тут же стоял один из фотографов бюро, очевидно снимая действия доктора Стэплтона со штырем.