- Князь Хумъяр отличался излишней подозрительностью, поэтому по дому не

ходило разговоров о том, когда и куда он собирается отбыть, - вежливо с долей

почтения произнесла она.

- Хорошо, тогда я спрошу по-другому. Когда отбыл ваш князь?

В комнате повисло молчание. Это был плохой вопрос. С момента отъезда Хумъяра

и часа ещё не прошло. Да, они наверняка уже где-нибудь на второстепенной

дороге, но уехать далеко точно не успели.

- Я задал вопрос, мне по плохому развязать ваши языки? - уставше проворчал

мужчина.

Никто не произнёс ни звука. Слуги любили Моялу, и никто не хотел становиться ее

палачом.

- Так верны князю? - у северянина даже бровь приподнялась. столько иронии во

взгляде.

- Не князю, гер, - тихо выдохнула няня, - с ним отбыла вдова Руско, ия Мояла.

Гер Каил прищурился и склонил голову набок.

- То есть законную супругу он бросил мне, как кость, а любовницу прихватил. Ну и

нравы же у вас.

Наверное, именно эта его фраза окончательно меня раздавила. Я действительно

была брошена здесь, как кость захватчикам: чтобы убили меня и успокоились."

"Такой мерзко никчёмной я себя никогда не чувствовала.

Мною даже враги побрезговали.

- Княжна, - рыкнул гер, но я лишь качнула головой. - Когда отбыл ваш супруг?

- Я не скажу. Убивайте меня, не трогайте мачеху.

В комнате после моих слов стало снова тихо. Гер прошёлся до центра комнаты, а

потом присел на корточки и поманил к себе Вояту. Девочка неуверенно помялась,

но пошла к мужчине.

- Скажи-ка мне, - северянин ухватил ребёнка за подбородок и заставил смотреть

себе в глаза, - а когда князь уехал?

Глава 8

- Отвечай, - строго приказал он.

- Утром, - промямлила малышка.

Мужчина резко скривился, словно съел что-то несвежее.

- А ты знаешь, что за враньё язык отрезают даже таким маленьким девочкам, как

ты. Не хочешь говорить правду - молчи, но врать взрослым некрасиво.

Воята дрогнула и расплакалась. Во мне всё перевернулось. Я не могла ответить на

его вопрос и подставить Моялу, но и смотреть на слёзы ребёнка тоже было тяжело.

- Я скажу всё, что вы хотите, только пообещайте не трогать вдову князя Руско, -

тихо шепнула я.

Гер поднялся и легонько подтолкнул плачущую Вояту обратно к бабушке.

- Не смей ставить мне условия, женщина. Мне плевать на твои физические

недостатки, накажу как здоровую.

не сможешь.

Его слова вопреки логике меня успокоили. Он не сказал, что убьёт. Накажет, только

и всего. В моей душе тихонько шевельнулась надежда.

- Я не ставлю условий, гер Каил. всего лишь прошу, - примирительно шепнула я.

Этот мужчина вёл себя странно. Как-то по-дурацки, что ли? Нелепо, неадекватно,

не по княжески.

Вроде и видно, что не простой смертный, но настроение его менялось мгновенно.

Никакой выдержки, маски хладнокровия и вселенской скуки.