Когда я снова смогу ходить в школу, – прикрываю глаза и визуализирую ее прекрасное лицо прямо перед собой.

– Ты…просто…Ты дурак, Гордеев! – почти закричала она в трубку.

– Ага. И этот дурак очень скучает по тебе, – и за ребрами у меня в этот момент жалобно скулит по ней мое глупое сердце.

– Ты невозможный тип! Никуда я с тобой не пойду! – сопит, но трубку не бросает, и мы на пару мгновений просто молчим, слушая дыхание друг друга.

– Он тебя не стоит. Ты знаешь это?

– А кто стоит? Ты что ли? – и я еще не знаю, как стремительно может испортиться ее настроение.

– Тот, который постоянно трется вокруг Рябовой и переписывается с ней, м-м?

– Опять? Боже, да причем тут Оля вообще? – открываю я глаза и приподнимаюсь со стоном с подушки.

Я не понимаю ее интонаций, но прям вижу, как кривятся в недовольстве ее обалденные, чувственные губы.

– К тебе приезжала в гости Сажина, так?

– Так, – выдаю я ей правду, потому что не хочу ее обманывать никогда и ни в чем.

– Хрен тебе моржовый, Гордеев, а не свидание! – снова рычит в трубку, а затем и скидывает звонок.

Вот и поговорили, да? Фантастика просто! Сказка! Песня!

Если это не ревность, то я готов прямо сейчас пойти и сожрать вонючие носки бомжа Григория! Сожрать и даже не поперхнуться.

Господи Боже!

Поэтому, вместо того чтобы обрывать ей телефон, я откидываюсь на подушку и блаженно улыбаюсь. Арина! Меня! Ревнует!

Оставшиеся дни до полного выздоровления закидываюсь учебой под завязку. А еще успеваю несколько дней поработать, потому что на мне все заживает как на собаке. Синяки давно прошли, чего зря штаны на диване протирать?

Да, Арина сама мне больше не писала и не звонила. Хотя это и было довольно ожидаемо.

Но вот я ей стучался почти каждый день. И пуленепробиваемую броню все же, нет-нет, да получалось пробить.

Я: «Зачем ты встречаешься с Седых? Поверь мне, я лучше во всех отношениях».

Арина: «С кем хочу, с тем и встречаюсь!».

Я: «Хоти со мной, пожалуйста».

Так и прошла еще одна неделя, а затем наступил долгожданный понедельник, и я спешил на учебу как в зад ужаленный. Чтобы увидеть ее! Даже руки в нетерпении подрагивали, а в груди разрастался и ширился шар предвкушения. Только вот ждал меня эпический облом. Ни на первом уроке ее не было, ни на втором.

Так до конца дня Арина и не появилась, зато три Седых и Ко смотрели коршунами, да Оля вокруг меня жужжала как саранча.

И это ее обновленная прическа. Ну такое… Впервые увидев Рябову со спины, я даже, грешным делом, подумал, что это Толмацкая. Ну так и не мудрено, Арина мне на каждом углу мерещилась, а тут это – блондинистые, волнистые волосы до поясницы.

– Это ты чего так кардинально? – спросил я, проходя мимо и садясь за свою парту. Рябова тут же уселась рядом, и я досадливо скрипнул зубами.