Вне очереди, – и кладу на стол заготовленное заранее заявление.

– Отказываю, – даже несмотря, отодвигает от себя листок Толмацкий.

– Досадно, – встаю я на ноги, а потом добавляю так, чтобы мужчина понял, что я не шучу, – тогда я с завтрашнего дня на больничном.

– Какого рожна, Гордеев? – наконец-то поднял на меня глаза начальник.

– Я пашу на вас без продыху год, часто с внеурочными, нередко, что в выходные и праздничные дни тоже. Но завтра я физически не смогу прийти на рабочее место. Все, – припечатываю я.

– И долго ты не сможешь ходить на рабочее место, мил человек? – откинулся на спинку стула Толмацкий и сложил руки на животе.

– Ну, тут как дела пойдут, – пожал я плечами.

– От пары дней до, максимум, месяца, – хмурюсь, прикидывая свои перспективы, хотя понимаю, что дела мои плохи и сроки могут растянуться до бесконечности.

Ай, лучше не каркать лишний раз.

– Может мне тебя уволить проще, а, такого охреневшего? – вопросительно приподнимает брови Толмацкий.

– Увольняйте, конечно. Но это не проще, – чуть выше задираю я подбородок.

– Щенок! Оборзел совсем?

– Есть немного, – честно выдаю я и вижу, что отец Арины слегка усмехается.

– Ладно, даю неделю. Дальше буду применять санкции, – словно королевич благосклонно кивает он мне.

– Какие? – без особого интереса спрашиваю я.

– Ну, премии лишу, оклад урежу. Нечем будет по ипотеке твоей супервыгодной платить.

– Да, пожалуйста. Я, в отличие от некоторых, могу и в съемной однушке пожить, – хмыкаю я.

– Ой, иди уж отсюда, пока ты меня в конец не выбесил, – машет мне рукой на дверь, и я тут же подчиняюсь.

А потом домой, чтобы по ходу собрать необходимые вещи и забронировать гостиницу неподалеку от нового места жительства Арины. Ведь эту информацию уже для меня пробили. Точно так же, как и место и график работы, должность и даже то, что у моей девочки-мечты теперь новый автомобиль, на котором она уже успела попасть в небольшую аварию. Ничего страшного, слава Богу, только бампер передний пошаркала.

И самое главное – я теперь знаю новый номер ее сотового телефона.

Вбиваю под именем «любимая», но звонить или писать не смею. Хочу сделать сюрприз.

А дальше долгая дорога в аэропорт. Жуткие московские пробки и я опаздываю на вечерний шестичасовой рейс. Бегу, к стойке регистрации, пытаюсь донести, что мне жизненно необходимо попасть на борт, предлагаю взятку и даже пытаюсь угрожать, но девушка монотонным, заученным голосом объясняет мне, что самолет уже приступил к рулению и всего через пару минут взлетит.

С отчаянием понимаю, что не могу улететь, а следующий рейс только через шесть часов.