Что ты знаешь про крыс, которые ни с того, ни с сего вдруг кусают людей, Хёскульд? Про ободранных кошек, с которых Брегга снимала шкурки? Про рабыню Брегги, которую запороли до смерти? Учти, если к утру никто не скажет мне ничего толкового, я начну вас пытать. Одного за другим. И первым ко мне под нож пойдешь ты. Ингви придет сюда только летом, так что я могу не торопиться.

Хёскульд снова посмотрел в расщелину, подсвеченную факелами, брошенными на дно. Перевел взгляд на хозяина Йорингарда.

– Если я расскажу все, что слышал – ты нас отпустишь?

– Я доведу драккары Гунира до Каттегата, - нетерпеливо сказал Харальд. – Высажу вас на берег, а корабли потоплю. Но оставлю вам пару лодок. Каттегат не слишком широк, сможете перебраться на ту сторону. Мечи я вам тоже оставлю, так что с голоду не умрете. Что ты знаешь?

– Про кошек ничего. - Хёскульд поморщился, шрам, идущий от скулы до нижней челюсти, начал выпирать красноватым жгутом. - А про рабыню, что сдохла под плетьми, кое-что сказать могу. В позапрошлую зиму Брегга Гунирсдоттир обвиңила её в краже. В девкином тряпье нашли побрякушку, пропавшую у дочки конунга. И рабыню, как положено, запороли за воровство. А ещё через полмесяца из крепости исчез один из воинов, Эйрик. Оставил в мужском доме свой меч, сундук с одеждой, где лежало восемь марок – и пропал. Но перед этим Эйрик встречалcя с той девкой, что умерла под кнутом. Обжимался с ней за сараями, даже подарил какую-то тряпку. И рабыня на радостях проболталась Эйрику, будто дротнинг Исгерд учит трех дочек Вандис колдовству. Девки время от времени лежат пластом на своих кроватях – и словно засыпают посреди белого дня. А потом смотрят странно. Больше рабыня ничегo не знала. Только с Эйриком случилось ещё кое-что.

Хёскульд замолчал, Харальд люто подумал – ну, давай…

– Незадолго до того, как Эйрик пропал, его укусила крыса, – объявил хирдман.

И Харальд ощутил, как у него раздуваются ноздри – воздуха вдруг стало не хватать.

– Укусила ночью, в мужском доме, – продолжал Хёскульд. – Парень спросонок заорал, мужики повскакивали, кое-кто из них это запомнил. Через полмесяца Эйрик пропал. И от себя я добавлю ещё кое-что, конунг Харальд. Οб этом у нас знают многие – но не каждый вспомнит, глядя тебе в лицо. Двенадцать лет назад точно так же исчез Бъёрнфин Оддсон. Ушел ночью из дома, не взяв ни меча, ни плаща – а потом не вернулся. Бъёрнфин в свое время обвиңил жену Гунира, Вандис, в смерти своего брата, ярла Хрогильфа. Труп ярла нашли в лесу, звери выкопали его из ямы. Бъёрнфин смог опознать брата по волосам и сломанному пальцу, лицо обглодали волки… но не они его убили. Χрогильфу вспороли грудь и вывернули ребра крыльями. Звери такого не делают. Кстати, ярл говорил недобрые слова про Вандис. За что, похоже, и поплатился.