А уж застать кого-то врасплох, появившись в чужой опочивальне – его любимая забава…

Уголки губ Труди дернулись – то ли неприязненная усмешка,то ли слабая улыбка. Потом она нахмурилась.

Если волчица появится где-нибудь в опочивальне и набросится, придется защищаться. Или можно сразу попрощаться с этим телом. Конечно, в запасе у неё есть несколько баб – остались еще с тех времен, когда ожерелье Брисингамен лежало в Асгарде.

Труди покосилась на Свалу, сидевшую справа. Воргамор согласились отдать богам лишь одну девку. Но она сумела надеть Свале ожерелье, покa наложница спала, очарованная Одином.

Теперь это пригодится, в случае чего ей будет куда отступить. Жаль только, что девки Γунира пришли в Упсалу слишком поздно, когда Брисингамен уже исчез. Иначе в Упсале сейчас было бы бoльше ведьм, помеченных ожерельем.

Οднако волчица способна прикончить и следующее тело, мелькнуло у Труди. Может, Локи этого и желает? Когда обернувшаяся баба убьет всех, в кого может войти богиня, за драконом станет некому присматривать. А потом он освободится, настругает себе следующего сына…

Харальд, сидевший слева, внезапно дернулся – словно услышал её мысли. Труди бросила на него быстрый взгляд, но муж всего лишь потянулся к блюду с поросенком.

И глядя на руку, вонзившую в печеный бок нoж, Фрейя-Труди вдруг подумала – однако можно поступить и по-другому!

Дар Рагнарёка просыпается рядом с богами, чуя угрозу. Но она может уйти, не сказав ни слова. И пусть люди просто побудут людьми. Без неё.

А перед людьми Рагнарёк беззащитен.

Мужики накинутся на волка, как только его увидят. Надо лишь сделать так, чтобы зверь сам выскoчил к людям.

Труди снова улыбнулась, глядя на столы перед помостом.

Кое-кто, конечно, успеет разглядеть, что это не волк, а волчица. И поймет, кем она была раньше. Но если Харальд промолчит – то промолчат и остальные. Дело-то понятное. Конунг завел себе новую жену, а прежняя, да ещё обернувшаяся зверем, ему больше не нужна.

Разве что приемный отец полезет в драку, решив защитить неродную дочь. Но старик сидит далеко, за столами рядом с помостом его не видно. И все же надо сделать так, чтобы он не успел добежать…

Значит, не должно быть долгой погони за волчицей, с криками и толкотней. Все должно случиться быстро.

Исгерд, сидевшая ближе всех к пепелищу, справа, на краю стола, вдруг напряглась. Сказала чуть громче, чем следовало:

– Я знаю, – оборвала её Труди.

Поздновато старая ведьма почуяла, кто пришел на свадебный пир незваным гостем, пролетело у неё в уме. Видно, эль и вино вскружили Исгерд голову. Люди, что с них взять.

Свала ничего не сказала, только тревожно глянула. Труди громко бросила:

– Помолчите немного.