Мы пробежали до ближнего форпоста на побережье, что восточнее Сориса, и теперь нам предстояло бежать обратно. Сейчас отдышимся и бежим обратно. Да, заметно, что лет мне уже не как этим мальчишкам. Но им знать об этом не стоит.

— Дым, там дым, карл Драс, в Сорисе дым, — кричал человек с вышки на форпосте.

— Дым на побережье, или на другом форпосте?

— Дым в Сорисе, недалеко от кромки воды, в жилом квартале.

— Бежим, все быстро обратно, в Сорис! — силы взялись во мне словно из земли, которую я только едва касался, и тут же перепрыгивал через поваленные деревья, кочки. Дым означал только одно — к берегу идет судно, или даже несколько. Это может быть целая армия, или это Бран.

Когда тропинка из леса вышла на побережье к большим валунам, среди которых бежать было опасно, я остановился, и посмотрел на горизонт. Светило уже перевалило центр неба, и блики на воде играли со зрением злую шутку. На воде был большой лапах, или два. С какой скоростью он шел было не ясно.

Мальчишки выбежали из леса, и мы вместе аккуратно прошли участок между камнями, и вышли к городу. Весь Сорис кипел этой новостью. Дружинники покинули берег, и только единицы остались на берегу — они выполнят роль рыбаков, что на своих лодках отправятся встречать судно.

Я без сил сел у самой кромки воды и до слез всматривался в точку, что становилась все больше и больше. Все отчетливее точка напоминала судно. Боги, сделайте так, чтобы она была там.

— Держи, и прямо сейчас съешь все, — Гор принес мне миску с едой и сунув в руки, сел рядом. — Ешь, я видел, что сегодня ты еще не притронулся к еде, как и вчера.

— Ты думаешь это таары, или нет? — я знал, что он не отстанет, и через силу жевал горячую кашу с мясом.

— Мы выясним это когда лодки привезут первых людей, ты надеешься, что вернулась та девчонка? — он встал, и пошел к лодкам, что готовы были тронуться к судну, как только оно достигнет крайней точки. — Лучше бы тебе думать, что это таары — так ты сбережешь свою голову.

Лучше бы мне вообще не думать, и не знать ее, и жить жизнью, которой жил раньше, смирившись с фактом, что Бран стал для нее всем. Даже если она вернулась, она вернулась не одна.

Мне показалось, или паруса стали видны более отчетливо? Они рваные? Этот лапах больше, чем лапахи тааров.

— Драс, там две мачты, и на парусах точно есть знак, это знак Вера! — люди на берегу теперь были уверены, что это судно, которое построил Бран. Еще не ясно кто на нем, но этот лапах вышел из-под топора Брана — на парусах черные полосы складывались в трех летящих птиц.

Сердце бешено колотилось, и, если бы я остался на берегу, оно точно вылетело бы прямо в песок.