Но подобные обиды ничего не стоили в сравнении с болью того, кто потерял сожженную родину и убитых сынов.

— Как вам нравится место вашей казни? — спросил Магнус.

Четверо легионеров шагали от разбитого «Носорога» к имперским позициям, изумленно озираясь вокруг. Все они уже десятилетиями не ступали на Терру и по большому счету не надеялись вновь побывать здесь. И пусть над землей висела густая пелена нефтехимической сажи и пепла, каждый вдох здесь казался особенным.

— Поверить не могу, — произнес Хатхор Маат. — Я всегда предполагал, что истории о путниках, переброшенных Великим Океаном во времени, — просто аллегории или метафорические отображения скрытых смыслов.

— Думаю, каждый из нас так считал, — отозвался Ариман.

— Тогда почему мы поверили слову демона? — требовательно спросил Толбек. Пылающий ад вокруг них усиливал холерические черты пиррида. — Ухватились за соломинку?

— Другой надежды у нас не оставалось, — указал Санахт.

— Все поддакиваешь Азеку, так?

— Хватит! — рявкнул корвид, видя, что мечник потянулся за клинками. — Наше появление заметили.

К воинам приближался полуэскадрон кавалеристов на переливающихся металлом скакунах с огненно-красными вымпелами.

— Наш легион ведь участвовал в этом сражении? — уточнил Хатхор.

— По-моему, да, но все записи об этом погибли вместе с Просперо, — ответил Ариман, стараясь вспомнить краткие строчки информации о Беотийских кампаниях.

— Тогда нам стоит ожидать, что эти бойцы удивятся встрече с четырьмя легионерами, идущими из развалин вражеского комплекса? — поинтересовался Санахт, когда пятеро всадников опустили мерцающие пики со стальными наконечниками.

— Да, — согласился Азек и добавил с ноткой искреннего сожаления в голосе: — Но мы — космодесантники, а в те годы все Легионес Астартес были верны Императору.

Кавалеристы натянули поводья, придержав кибернетических коней, и Ариман увидел, что перед ним гусары в зеленых мундирах и касках с плюмажами. Шлемы, не защищающие лицо, выглядели непрактично.

Осознав, что наткнулись на космодесантников, всадники немедленно подняли копья. Их командир, убрав пику в чехол на боку скакуна, пришпорил его и направил к воинам Тысячи Сынов.

— Капитан Берардо Бон-Джованни, — представился он на готике с заметным акцентом и растянутым произношением урожденного терранина. — Мы не ждали, что сегодня утром кто-нибудь выйдет из того пекла, уж тем более легионеры.

Кивнув, Азек заявил:

— Гибель одной из терранских династий, пусть мятежной, заслуживает нашего внимания.

— Не спорю, господин, — ответил Берардо, — но нам бы не повредило какое-нибудь предварительное уведомление.

Ариман был впечатлен.