Солоник был вторым, и впереди маячила спина высокого светловолосого парня – мокрое пятно между лопатками расплывалось в глазах Солоника.

– Не укладываетесь, бездельники. Работать надо, работать, – начальственно гремел мегафон. – Раз-два, раз-два…

До слуха Саши доносилось тяжелое дыхание бежавшего впереди. Кажется, его звали Андреем, а фамилия его была вроде бы Шаповалов, и был он как будто из Питера. Но – и это несомненно! – биография этого курсанта в основном повторяла биографию самого Солоника, впрочем, как и подавляющего большинства остального «контингента».

Оставалось еще два круга по стадиону – две трети километра. Питерец явно сдавал. Казалось, еще несколько шагов – и он свалится на гаревую дорожку. Дыхание сделалось прерывистым, шумным, колени подгибались, руки безжизненными плетьми болтались вдоль туловища. По всему было заметно, он не сумел правильно рассчитать свои силы, и потому на повороте тренированный Солоник легко обошел недавнего лидера.

Поворот, еще один поворот – и последний круг, триста тридцать три метра. Вновь поворот, которого больше не будет, и еще один, и еще…

Пройдя финиш, Саша обессиленно свалился в тенек под навес.

Он пришел первым, как и всегда приходил, но выложился весь без остатка. Наверное, если бы к его виску приставили ствол и сказали: если ты не пробежишь один круг, тебя застрелят, он бы только прошептал пересохшими губами – стреляйте, делайте со мной что хотите, но больше не побегу.

– Раз-два, раз-два, не отставать, держите дыхание, – неслось из мегафона инструктора, подгонявшего остальных, – быстрей, быстрей, не укладываетесь…

Солоник взглянул на часы – половина первого.

Сейчас душ, потом обед, два часа отдыха, и новые занятия. Четыре часа теории, затем двухчасовой спецкурс вождения автомобиля, потом два часа стрельб в тире. И так каждый день, каждую неделю, кроме воскресенья. В воскресенье занятий не было, не считая стрельб: тренер убеждал, что настоящий стрелок должен тренироваться постоянно, без перерыва.

Наверное, никогда еще Саше не приходилось вкалывать так, как теперь. Откуда только силы взялись у бывшего узника ИТУ?

Подъем в четыре утра, легкий завтрак, относительно легкий трехкилометровый кросс, второй завтрак, поплотней.

Затем спортивный зал, где одни инструктора учили приемам рукопашного боя, другие проводили курс атлетизма, третьи отрабатывали реакцию, четвертые учили группироваться при падении с высоты…

Затем еще один кросс, как сейчас, на десять километров (иногда вместо него – полоса препятствий), потом отдых и теоретические занятия в аудиториях, так называемый спецкурс.

Спецкурсу наверняка позавидовали бы агенты «Моссада», ЦРУ, АНБ и МИ-6, вместе взятые.