Ну, разве что я подле него, как же иначе…

Беседка была старой и какой-то неухоженной, как и всё хозяйство Скоморошинского, как и он сам.

— Здравствуйте, Алексей Алексеевич! — я поздоровался за руку. Хватка у него была вялая, взгляд отстранённый. — Позвольте присесть?

Он сделал какой-то многозначительный жест рукой, который я посчитал за разрешение и уселся напротив него, после чего достал акт и с некоторым трудом нашёл на столе чистое место, чтобы его приземлить. Покопавшись, положил рядом с актом ещё и ручку.

Он обвёл взглядом стол, на котором, кроме моего акта, который смотрелся совершенно чужеродно, хаотично располагались закуска, пустая залапанная рюмка, почти пустой графин с чем-то мутным.

Графин должен был стоять на подносе, но сам поднос подвинут сильно в сторону, на нём лежали, неловко уроненные, ещё три такие же рюмки.

На лавке лежали охотничьи принадлежности, в том числе двустволка, рядом с ней безбожно грязный шомпол и полупустой патронташ.

— Ну что, опять очередной суд, опять нужны деньги? — Скоморошинский не выглядел пьяным, да и голос был скорее уставшим, чем раздражённым.

— Нет. Новости, в сущности, хорошие.

Фискальщики подали жалобу на решение, но жалоба была юридически порочна. Словом, решение вступило в законную силу и мне выдали лист.

— Подали всё-таки, — он налил себе из графина, потом, поколебавшись, поставил мне рюмку и тоже налил.

— Жалоба не принята, — терпеливо повторил мысль я. — Решение вступило в силу. Вы меня понимаете, Алексей Алексеевич?

— Понимаю. А что за акты?

— О том, что моя работа выполнена. Прошу подписать и оплатить мой гонорар в сто тысяч рублей.

— Как же она «выполнена»? А где паровоз?

— Мы с Вами его заберём, лист уже у меня.

Исполняя лист, нам его отдадут. Вам ещё предстоит придумать, куда его переместить, всё же это не ящик гвоздей, его под стол не поставишь.

— У кума моего база, там и поставим. Ну, вот заберём паровоз, тогда и акты, тогда и про вознаграждение поговорим.

— Размер вознаграждения уже определён. И сроки. По договору, Вы должны их оплатить уже вот сейчас.

— Ну, мы так не договаривались. За что мне платить? Я два года плачу.

— За паровоз. Сегодня оплата, завтра забираем паровоз. Только Вам надо как-то прийти в себя, а то Вы что-то совсем не в фокусе.

— Да нормально я. Ну хорошо, — он хлопнул по столу. — Акты оставляйте, изучу, подпишу. Завтра едем за паровозом. В районе обеда.

— Да, я сразу с деньгами приеду. Оттуда… Где Вы говорили, мой паровоз?

— Я не говорил. Во сколько Вас ждать?

— Ну, пусть будет в два.

— У Вас прямо дома есть наличка для оплаты моих услуг?

— Какое Вам дело? Я два года плачу юристам, обнищал весь. Наличности нет, даже Яшке три месяца не плочено, он не уходит только потому, что верный мне. А Вы всё деньги, деньги.