— А мобилета у тебя нет? Позвонил бы.

— Босс, у тебя у самого он появился совсем недавно. Я же зарабатываю крохи.

— Нормально ты зарабатываешь Тайлер, просто на бухло спускаешь.

— На божественный нектар, который лечит мою израненную душу! Лечит старые и новые раны, а ещё помогает пережить производственную травму, полученную на фабрике.

— Вот это ты загнул… Нектар. Короче, иди, мне ещё в строительный надо успеть, за кувалдой.

— Надеюсь, Вы не задумали кому-то проломить голову или ненароком в гости зайти… без меня?

— Я ремонтом занимаюсь, дом у меня с некоторыми проблемами. Всё, пока, Тайлер.

— Расстаюсь с Вами с беспокойством в сердце. Вы там берегите себя.

— Да блин, Вы сговорились что ли? У меня артефакт от поиска, броник, автоматический пистолет с запасной обоймой, острый нож всегда и телохранитель на лавочке на улице. Как мне ещё себя беречь?

«Берегите себя». А я что делаю?! Етицкий конь!

Выйдя на улицу, я осмотрелся, по привычке применяя магическое чутьё и запер офис. Джо молча и бесшумно моментально оказался рядом.

После работы я пошёл в комиссионку.

В глазах продавца вспыхнула алчная надежда, что я вернулся за модной и красивой немецкой пишущей машинкой, но я его разочаровал и купил раскладушку вместе со старым матрацем, а также несколько видавших виды слесарных инструментов: молоток, пилу, зубило.

Пока я расплачивался, он всё бухтел про этот модный агрегат, а я молча кивал, чтобы не тратить силы на споры.

В строительном купил рабочие перчатки, кувалду и добротную строительную лопату. Приценился было к тачке, но затем решил её не брать. А вообще у меня была где-то тачка, я ещё на ней сейф таскал. Сейф я определённо оставил на Изнанке, по сути — бросил, а вот куда дел тачку? Не помню. Новая стоила пятьдесят пять рублей, а нужна ли она? Пока не стал брать.

В продуктовом купил чая и печенья к нему. Колбасы и хлеба. Колбаса — это традиционные угощение к чаю у постсоветских граждан, и я этой традиции тоже придерживался.

С полки магазина на меня с лёгким вызовом смотрели три бутылки французского полусладкого вина, словно намекая, что, сидя в горах, да с бокальчиком вина….

Эх. Чёртова трезвость!

Вечер. Вернувшись домой и попрощавшись с Джо (всё же он не охранял меня круглосуточно, а оставлял в покое дома), я переоделся в одежду для Изнанки, навьючился и ушёл в свои личные горы. Стул взял из дома, всё-таки неудобно без стула.

Место, куда меня выбрасывает Шило, без обещанных четырёх маленьких или одной большой, не поменялось, так что вокруг были всё те же скалы и ручей.

Сегодня в горах отчаянно свистел ледяной ветер и накрапывал ужасно мерзкий дождик, так что, прижимая к груди стул, я поспешил в свой хоббитский туннель, в уютную пещеру.