Может, удастся привлечь к себе специалистов оттуда.

Планы просто наполеоновские!

Главное, чтобы их не постигла печальная судьба Бонапарта.

— Ваши рассуждения звучат очень здраво, нейра Олетта, — решительно кивнул Эргер. — Это дополнительные расходы, но я надеюсь, что герцог Моро их одобрит.

Почему-то каждый раз при упоминании этого человека меня посещало странное чувство.

— Как дела у его светлости? — спросила я и только потом поняла неуместность вопроса. — Простите, я имела в виду, как продвигается кампания и скоро ли мы сможем торжествовать победу над нардами и славить светлейшего герцога?

От попыток вывернуть фразу поизящнее у меня язык едва в узел не завязался. Я улыбнулась, довольная собой, и выжидательно посмотрела на вояку.

На лицо Деревянной Горы вдруг набежала туча. Он потер переносицу и нехотя произнес:

— Торжествовать победу мы обязательно будем, но пока рано об этом говорить. В последнем бою герцог Моро был ранен. Угроза жизни уже миновала, только прошу не распространяться о том, что я вам сказал.

Я кивнула как заторможенная.

— Да… конечно.

А перед глазами замелькали страшные картинки. Пусть после этого кто-то только попробует сказать, что лечебница не нужна!

Оторву голову.

И другие не особо нужные части тела.

— Если будет возможность, передайте его светлости пожелания скорейшего выздоровления от рода Готар. И что он всегда может на нас рассчитывать. Особенно в том, что касается медицинской помощи.

Напомнить про опальный род герцогу будет не лишним. И остальные пусть привыкают, что Готары снова занимаются делом своих предков — целительством.

— Я учту ваше пожелание, — коротко ответил Эргер. — Что ж, пока не накрыли обед, проведаю своих ребят.

На этом наш разговор завершился.

Деревянная Гора забрал Костадина и отправился в казармы, а Кокордия поманила меня пальцем.

— Мне пришло несколько любопытных писем. Желаешь ознакомиться?

— Спрашиваешь! — я подсела ближе. — Что там?

— Все как ты и мечтала, дорогая. — Коко покачала головой и стала неторопливо перекладывать бумаги. Несмотря на возраст, читала графиня без очков, а зрение ее было острым, как у орлицы. — Ни минуты покоя. С какой новости начать?

Глава 50.2

— Давай по нарастающей!

Кокордия кивнула и развернула первое письмо.

— Пишет аптекарь из Ринка, нейт Саймон. Знаешь такого?

Я нахмурилась, припоминая…

Ах, да! Вечные пилюли из сурьмы, антисанитария, черви, копошащиеся в ведре.

— Такое вряд ли забудешь. А что ему нужно?"

"— Просит приютить и позволить заниматься аптекарским делом.

— Неужели нейт Марагас свирепствует?

Я взяла у Кокордии письмо и пробежалась взглядом по строкам. Саймон как будто горючими слезами рыдал, пока писал — некоторые слова расплывались.

Я угадала.