— Ну уж если любят читать пираты, то почему бы и мне не заняться этим, — ответила Феодора с очаровательной улыбкой на устах.

— Иногда читают и пираты.

Он почему-то замолчал и странно посмотрел на Феодору. Заговорил он через минуту, очень тихо, как бы стесняясь, несвойственным ему низким глухим голосом;

— Если б ты не была так верна этому старику султану, которого ни капельки не любишь, и разрешила мне очутиться в твоей кровати, между парой прекраснейших в мире ног, ты бы сделала меня счастливейшим человеком на земле. Я больше не могу просто смотреть на тебя, я хочу обладать тобой, всей твоей душой и каждым-кусочком твоего прекрасного тела.

Лицо Феодоры покрылось краской смущения. Александр был слишком откровенен, и она ответила ему довольно резко:

— Забудь об этом, пират.

Он не подал виду, но Феодора поняла, что сильно задела его. Черные глаза Александра недобро сверкнули, а уголки губ дрогнули:

— Моя родословная ничуть не хуже твоей. Конечно, ты можешь считать, что отвергнутый сын греческих аристократов не пара младшей дочери узурпатора престола Византийской империи. — Он схватил ее руку, а когда она попыталась вырваться и ударила его, он лишь рассмеялся в ответ.

Повернув руку Феодоры ладонью вверх, он поднес ее к своим губам и жадно стал целовать. — Госпожа, — его голос странно дрожал, как бы предостерегая ее, что одно неверное слово — и он перестанет отвечать за свои поступки, — за вас еще не заплатили выкуп, и вы находитесь в моей власти. Другой мужчина уже давно бы взял у вас силой то, что я так униженно прошу. Поэтому, когда отказываете мне, будьте со мной повежливее.

Феодора вырвалась из его рук и, бледная как полотно от только что пережитого волнения, закричала срывающимся голосом:

— Не смей! Не смей!.

.

Александр уже пришел в себя и, улыбаясь, смотрел на Феодору.

— Красавица моя, мне в голову пришла замечательная идея, — загадочны сказал он.

Вечером того же дня Александр устроил для Феодоры шикарный обед, где он ничем не напомнил ей о произошедшем.

На следующий день главарь пиратов не приходил к Феодоре, хотя она прождала его с самого утра и до позднего вечера. Она пыталась объяснить столь сильное желание его увидеть тем, что ей просто скучно быть одной, но сердце подсказывало, что дело отнюдь не в скуке.

Разочарованная, она рано легла спать и, как в таких случаях бывает, проснулась среди ночи. Александр стоял рядом с ее кроватью. Даже в тусклом лунном свете Феодора видела, что его переполняет желание обладать ею. Он смотрел на нее неотрывно, как на единственное в своей жизни сокровище, которое может сделать его счастливым а может — несчастным. Она сделала вид, что спит, и повернулась на другой бок.

— Я знаю, ты не спишь, красавица моя, — услышала она его тихий голос.