– Я встал, поклонился и вернулся к своим.

Повторять в сотый раз, что ааргхи не имеют чувства юмора, уже не хотелось. Главное – нам дали направление и указали цель. В принципе, на Слепую речку можно было уже не идти, а просто отправить графа Эшли в столицу, и пусть там скребут себе в затылке, где им взять столько войск, чтоб перекрыть всю реку. Она, кстати, не такая уж и широкая, просто течёт по территории двух государств и в таких густых камышах, что берегов не видно. Да ещё вода в ней необъяснимо мутная, словно бельмо на глазу. Пить можно, но не нужно.

Может, поэтому и такое название…

– Я горжусь тобой, Малыш! – припадая к моему локтю (выше не получилось), едва ли не прослезился мой эмоциональный господин. – Ты блестяще провёл переговоры, отстоял наши жизни и превратил недавних врагов в надёжных союзников. Ты достоин награды – пусть Сун тебя поцелует, а я обниму!

– Почему? – сразу откликнулась наёмница. – По крайней мере со мной всегда можно договориться. Один золотой – и я тебя не целую!

На мгновение её предложение показалось мне заманчивым и обоснованным, но, вовремя вспомнив, сколько денег осталось в моих карманах, я здорово приуныл.

Всё, теперь придётся целоваться с Сун, а она страшная. То есть по общепринятым человеческим меркам. У ааргхов своё мерило красоты, и на лицо я бы не посмотрел, будь она с меня ростом, густоволоса, крепка и непременно с большой грудью. Так, чтоб на одну её грудь – две моих ладони! Сун в этом плане жалкая худышка! Хотя, о чём это я и зачем?! А затем, чтоб никто не догадался…

– Айрондэл приглашает вас всех на ужин, сегодняшний день и ночь вы будете нашими гостями, – практически спас меня невесть откуда выпрыгнувший юный эльф в светло-зелёном костюме, с длинным луком за плечами.

Остроух, высоколоб и узколиц, как и вся их порода. Граф Эльгенхауэр-младший ответил за нас, как подобает настоящему аристократу:

– Передайте почтенному Айрондэлу, что мы благодарим его за приглашение и непременно придём сесть за ваш стол, выпить вашего вина и вкусить вашего мяса…

Молодой эльф, не говоря ни слова, в мгновение ока натянул тетиву. Я чуточку сжал его тонкую шейку сзади и вежливо объяснил, кивнув на недоумевающего Эшли:

– Столичный тип, груб, необразован, тонкостям обращения не обучен – прости дурака, храбрый воин.

Не простишь, тебе же хуже…

Паренёк показал себя с лучшей стороны, он покосился на меня с неподдельным ужасом, вспомнил, кто такие ааргхи и… опустив лук, заливисто рассмеялся. Я тоже ему улыбнулся во все клыки. Сун поддержала нас несколько деревянным, но всё же смехом, правда (неизвестно зачем) покрутив пальцем у виска. Мой хозяин предпочёл изобразить благородную холодность.