Настроение было прекрасное, хорошее настроение, даже озорное – все шло как по маслу, – так что на втором этаже я остановился перед Катариной и сказал негромко:
– Гутен морген, красота. Извини, не знаю, как это будет по-итальянски.
Ну что вы хотите? Война войной, служба службой, а мне едва двадцать пять стукнуло…
И по щеке ее похлопал. Катарина, естественно, промолчала, как статуе и полагалось. Я сходил на улицу, проверил там все, что следовало, недочетов не нашел и вернулся в дом. Без особой уставной строгости – но и без фамильярности, конечно – приказал Петрову заступить на ночное дежурство.
– Ты смотри у меня, Катьку не обижай.
– Обидишь ее, как же, когда она каменной ладошкой самое интересное прикрыла…
– Ладно, – сказал я. – Шутки шутками, а дежурство дежурством. Дрыхнуть где-нибудь в уголке не вздумай. Мне, между прочим, начальством предписано совершать ночные обходы постов – не только в лице тебя, но и внешних.
Я не стал уточнять, что предписано-то предписано, но с формулировкой: «При необходимости». Что означало: если все вокруг спокойно, мне вовсе не обязательно болтаться по ночам, как привидению, можно дрыхнуть без задних ног.
– Обижаешь, командир, – сказал Петров. – Не сопливый новобранец, чтобы в уголке дрыхнуть. Благо я не часовой, а ночной дежурный, так что курить мне можно и, пожалуй что, книжки в библиотеке полистать…
– Ты что, в одночасье немецкий усвоил настолько, чтобы не только пленных допрашивать, но и ученые книги читать? Судя по виду, книги там именно ученые…
– Да я картинки посмотрю, – безмятежно сказал Петров. – Я раскрывал парочку, там картинки есть интересные, старинные…
– Ладно, – сказал я.
Хохотнул в душе над собственными же последними словами – и пошел в свою комнату, заранее потягиваясь.
Была мысль: а не дерябнуть ли немного перед сном? Я не о своем НЗ – дело в том, что, осматривая комнату, зачем-то заглянул под кровать и обнаружил там две бутылки вина, закупоренные честь честью, со старыми на вид этикетками. В комнате, судя по оставшейся в шкафу одежде, обитал слуга мужского пола. Вот и прихватил, стервец, надо полагать, в суматохе, пару бутылочек из фон-баронских погребов, а потом как-то не сложилось забрать.
Подумал я – и не стал, не хотелось что-то. Совсем скоро оказалось, что я поступил очень правильно, сам того не ведая…
Заснул я быстро, как всегда, и снилось мне что-то вполне мирное. Дверь в комнату оставил приоткрытой – опять-таки во исполнение инструкций.
Комментарии
Добавить комментарий