– Для наших целей эти скважины интереса не представляют, – успокаивающе говорил Иван Степанович. – Займемся каналом, завтра сделаем съемку, посчитаем процент сохранности… Но я вам сразу скажу: судя по поверхностному осмотру, ни о какой сохранности говорить нельзя. Все надо начинать сначала…

Карим остановился, резко развернулся и заступил дорогу Мончегорову.

Лицо его закаменело.

– Уважаемый Иван Степанович! – официальным тоном произнес он. – Канал и старые работы меня не интересуют. Довожу до вашего сведения, что по поручению своего правительства и по согласованию с вашим правительством я должен извлечь хотя бы один заряд! Это моя основная цель.

И ваша тоже! Поэтому завтра мы начнем раскрывать первую шахту!

Выражение его лица, а особенно непреклонный жестокий взгляд не допускали возражений. Мончегоров растерялся и даже не знал, что ответить. Карим развернулся и быстро пошел вперед. БРДМ оставили метрах в пятидесяти на небольшой прогалине. Рустам и Володя стояли неподалеку, согнувшись и рассматривая что-то под ногами. В руках у них были ружья.

– Клад нашли? – окликнул их Карим.

Но те шутку не поддержали, напротив – приложили пальцы к губам и всполошенно замахали руками.

Карим ускорил шаг. Мончегоров шел за ним, пребывая в полнейшей растерянности.

– Ну, что случилось?

– Тихо… Вот! – Володя вытянул руку. Дрожащий палец указывал на отчетливо отпечатавшийся в мягкой земле звериный след.

– Похоже, медведь, – сказал Мончегоров. – Только очень большой… Тут таких не водилось…

– Да в том-то и дело! – Володя приставил сбоку свою ногу, и она оказалась в два раза меньше, чем след. – Никогда таких не видел!

– А когти какие! – воскликнул Рустам, держа «Тигр» наизготовку.

 – Как ножи! Давай по следу пройдемся, поглядим…

– Да ну его к бесу, – Володя покрутил головой. – В двухтысячном мы в тайге стояли, трое наших пошли на косолапого поохотиться – свежатинки захотелось… Ну, он и задрал двоих – сержанта и старлея, даже «калаши» не помогли! А третий автомат бросил и убежал…

– Да они на людей просто так не нападают, – сказал Мончегоров и прошел вперед. Следы были видны довольно отчетливо, но через десять метров терялись в кустах. Иван Степанович подошел к толстому дереву, вокруг которого валялись куски содранной коры.

– Ничего себе! – он присвистнул.

– Что такое? – Его спутники подбежали и стояли за спиной, тяжело дыша. Видно, боялись. И было чего.

– Медведи себе когти точат о дерево, – пояснил Мончегоров. – А этот вот куда достал!

Четыре пары глаз поднялись и уставились на участок с ободранной до ствола корой. До него было метра два с половиной.

– Это какого же он роста?! – спросил Рустам.

Но ему никто не ответил.

В Балахани дул ветер и было довольно прохладно.