— Так она же пить хочет, — сказала, как само собой разумеющееся, и пожала худенькими плечиками.

— Так ты тут совсем одна? — Она кивнула. — Не против, что я взяла тебя с собой?

— Нет, ты интелесная и светишься вот тут, как я, — и указала пальчиком куда-то в область солнечного сплетения.

— Ага... — пропустила я высказывание мимо ушей и побежала еще быстрее, потому что это дикое животное успело скрыться за холмом.

— Не беги. Она уже нашла водичку. Дальше не побежит.

— Ага, — неслась я изо всех сил. Не хватало еще козу проворонить! Лианем меня тогда точно со двора прогонит.

Выбежав на холм, я выдохнула: совсем недалеко и правда тек ручеек, у которого, помахивая белым хвостиком, пристроилась коза.

— Фух! — выдохнула и поставила девочку на землю. — И правда воду пьет! Пошли, я тебя умою, а то ты чумазая.

Она вложила свою маленькую ладошку в мою, и у меня в груди что-то екнуло — я когда-то мечтала вот так держать ручку своего ребенка! Но не судьба. Мы спустились с холма, и я принялась отмывать чумазую рожицу и руки ребенка.

— Эх, тебя бы помыть хорошенько! А то даже волосы непонятно какого цвета!

— Мачеха говолит, что такую свинью, как я, мыть бесполезно: все лавно челез пять минут опять глязная буду.

— Ерунду твоя мачеха говорит! — обозлилась я. — Дети должны пачкаться! Но потом их нужно мыть! — Ручки девочки без мыла отмывались с большим трудом, столько на них было грязи. — Ты, вообще, когда последний раз руки-то мыла?

Она пожала плечиками.

— Руки всегда нужно мыть перед едой! Всегда! И с мылом! Иначе в животике могут завестись вот такие червяки! — я показала их длину.

Глаза девочки в испуге расширились, и она посмотрела на свой животик, прикрытый грязной рубахой.

— Ладно, пошли, я тебя у Лианем помою, — у знахарки в доме было мыло, и оно точно справится с задачей лучше.

— Не пойду! — даже отскочила от меня девочка и спрятала руки за спину. — Мыло щиплется!

— Оно щиплется, когда попадает в глазки, а мы с тобой пока помоем только ручки, а потом Лианем угостит тебя хлебушком. Хочешь? — Девочка усиленно закивала. — А потом я отведу тебя домой. Идет? — последний кивок был не очень уверенным.

Я подхватила козу за веревку, взяла девочку за руку и направилась в обратный путь.

— Кстати, как тебя зовут?

— А меня Аника, — улыбнулась я ей. — Будем знакомы.

[1] Пресветлые чертоги — рай.

Кто бы знал, как за эту неделю я успела возненавидеть сорняки! У меня складывалось стойкое впечатление, что они как минимум магические! Кажется, только закончила полоть одну грядку, как предыдущая уже начинает зеленеть новой порослью! Вот и получалось, что каждый день до самого обеда я только и занималась тем, что полола Лианем грядки. Я с ненавистью посмотрела на мокрицу в своих руках и откинула ее в общую кучку.