Время было раннее, посетителей, кроме меня, еще не было. Ко мне подошла сонная деваха с подносом и спросила:

– Что угодно вашей милости?

– Есть хочу, – ответил я.

– Для благародных, – сказала подавальщица, – отдельный зал. Не изволите ли перейти?

Я посмотрел на нее и сказал:

– Не изволю. Хочу поближе к простому народу быть. Мудрости от него набраться. – Но, глядя на впавшую в ступор девушку, понял: шутка юмора не прошла. – Что есть поесть? – поинтересовался я.

Та продолжала смотреть на меня, открыв рот, и не двигалась. Жена меня всегда ругала за то, что я люблю прикалываться.

– Шутки у тебя солдафонские, – возмущалась она. – Ходить с тобой стыдно.

Вот и теперь я не удержался, достал кинжал и, рассматривая его, тихо сказал:

– У нас в горах, если нет еды… мы едим… наших женщин.

Попробовал пальцем острие и как-то автоматически, не задумываясь, послал слабый ментальный посыл страха.

Того, что произошло дальше, я не ожидал. Дуреха рухнула на колени и заголосила:

– Не губите, барин. Я все для вас сделаю.

– Хорошо, хорошо. – Теперь напуган был я. – Не буду тебя есть, только успокойся.

Не зная, что делать, растерянно стал оглядываться по сторонам. Деваха встала, вытерла слезы и преданно посмотрела на меня.

– Ну, так еда есть? – с опаской спросил я.

– Есть! – очень твердо ответила молодуха, и я понял: если надо, она сварит для меня повара.

– Что есть? – с интересом спросил. Ситуация меня уже больше забавляла, чем пугала. Потому что совсем недавно праздничным блюдом был я.

– Все есть, – ответила официантка местного общепита. – Ой, вернее, то, что осталось с вечера, – прикрыв рот ладошкой, поправилась она. И опять рухнула на колени.

– Тогда на стол мечи, – сказал я, не подумав.

И тут деваха, обхватив мои ноги, завопила в полный голос:

– Нет мечей, барин, только ветчина, копченый язык, заливная рыба, малосольные грибочки, пирожки с яйцом и луком. – И надрывно, взахлеб продолжила: – Еще могу яишенку по-быстрому пожарить, только не убивайте!

– Да не буду я тебя убивать! – теперь заголосил я, напуганный ее напором. Я уже был не рад этому представлению. Мысленно ругал себя за желание постебаться. Вскочил и стал поднимать не понимающую шуток девушку.

И тут ее заклинило – я ее поднимаю, а она орет на весь постоялый двор:

– Не ешьте меня, я хорошая, съешьте жену хозяина, она с поваром снюхалась! Мужа обманывает, со всеми проезжими господами спит.

Услышав непонятный шум в зале, на представление стали собираться зрители – кухонные работники, с живым интересом глядя на разворачивающееся действо.

– Твою дивизию… – Я стал нервничать: здесь с простыми людьми шутить нельзя. Надо поскорей выбираться из этой ситуации. Иначе она раскроет все секреты этого двора.