Один раз стоял в ремонте две недели. Начал барахлить главный двигатель, механики побоялись пересекать на таком Атлантику. Судовладелец разрешил встать на ремонт. Весь Гибралтар в будущем будет заточен на обслуживание морских судов. Еще немного дохода будут давать туристы. На этих шести с половиной квадратных километрах, большую часть которых занимает скала, зарабатывать больше нечем. Все пространство вокруг скалы будет застроено домами. Появится свой аэродром со взлетной полосой, насыпанной в море. Через эту полосу пройдет шоссейная дорога, связывающая Гибралтар с испанским городом Ла-Линеа, в который я ходил пешком. Когда самолет взлетает или садится, дорогу перекрывают шлагбаумами. Авиационный переезд. Благо самолеты будут взлетать и садиться всего пару раз в сутки. В скале нароют пещер и тоннелей общей протяженностью километров семьдесят. Она будет служить фортом. В то время, когда я там был на экскурсии, вояки использовали только нижние уровни. А может, и верхние, туристов не везде пускают. От арабской крепости в форме неправильного четырехугольника с угловыми башнями останутся руины. По ним будут скакать макаки. Впрочем, обезьян тут можно будет встретить везде. Попрошайничают у туристов. Святое место пустым не бывает. Их будут усиленно охранять. По преданию, Великобритания будет владеть Гибралтаром до тех пор, пока жива хотя бы одна макака. Их сейчас больше, чем будет в двадцать первом веке, несмотря на отсутствие туристов, а британцев нет ни одного. У меня возникло подозрение, что общее количество британцев и макак (а испанцы их не различают) — величина постоянная, поэтому испанским Гибралтар станет тогда, когда обезьяны восстановят свою численность. Во что я не верю. Макаки так зажрались и обленились, что даже в вопросе воспроизводства ждут помощь туристов.

К нашему борту сразу подошли несколько лодок с продуктами и вином. Подозреваю, что обслуживанием судов здесь существовало вечно, с тех пор, как на полуострове обосновались финикийцы, а может, и еще раньше. Цены были довольно высокие, но кто-то из матросов что-то покупал. Я приказал своему экипажу не расслаблять, потому что от кастильцев можно ждать чего угодно, а сам отправился на берег с небольшой охраной. Уверен, что и кастильцы такого же хорошего мнения о нас. По крайней мере, караул на палубах обеих каракк усиленный.

Патроном галеры оказался маленький пухлый мужчина лет тридцати четырех, улыбчивый и крикливый. Он не мог находиться в состоянии покоя. Даже когда стоял, дергался и размахивал короткими руками, которые торчали из очень широких рукавов алой шелковой рубахи. Матросы делали свое дело, абсолютно не реагирую на крики патрона. Наверное, воспринимают его, как обязательное звуковое сопровождение работы.