Через шестнадцать дней, в течение которых стояла прекрасная погода, трюм старого барка был забит бочками с соленой рыбой, и Ларс Йордансен повел корабль в Ольборг. Там он выгрузит улов и погрузит тару и продукты. Теперь дрифтера начали подходить к нашему борту. Обленившиеся, заскучавшие матросы получили работу. Одна грузовая стрела работала с дрифтером, стоявшим у правого борта, вторая — со стоявшим у левого. Цепляли по две бочки и отправляли в трюм. Там матросы вручную перемещали бочки к бортам и переборкам. Затем перегружали на дрифтера тару и припасы. Работали весело. Особенно говорливы были экипажи дрифтеров. В каждом всего три человека. Болтать друг с другом надоело, вот и общаются с экипажем барка. Всё какое-то разнообразие. Тем более, что у каждого на браке если не родственник, то друг, приятель или сосед.

Мы заканчивали погрузку на очередной дрифтер, когда из «вороньего гнезда» прокричали:

— Вижу корабли, идут к нам!

Шли с юго-запада, со стороны Британии, подгоняемые западным ветром. Каракка и два хулка. На грот-мачте каракки английский королевский флаг, бело-красный, длиной до главной палубы. Один хулк был тот самый, что следил за нами, а второй побольше, тонн на двести. Они шли слева и справа от каракки. Группа поддержки, так сказать. Дождались, когда барк останется один, и решили втроем вытеснить конкурентов со своей поляны.

— Отпускаем дрифтер! Вира якорь! Корабль к бою готовить! — приказал я

Отдав швартовы дрифтеров, матросы вставили в вертикальный шпиль вымбовки и, напевая тягучую песню о красавице, которая ждет их на берегу, начали выбирать якорь. Комендоры молча и быстро выкатили пушки, сняв с них брезентовые чехлы и вытянув из стволов пробки, к портам в фальшбортах. Рядом поставили ящики с пороховыми зарядами, завернутыми в провощенную бумагу и корзины с картечью в холщовых мешочках и ядрами. Часть расчетов новички. Им интересно. Раньше они стреляли только на учениях, которые я устроил во фьорде перед выходом в рейс. Теперь увидят, как это выглядит в бою. На их лицах больше любопытства, чем страха или напряжения. Пока не увидят, как убивают их боевого товарища, кровь, боль, происходящее будет казаться им забавным приключением.

Я повел барк на юг, курсом галфвинд, чтобы набрать скорость и увести врага от дрифтеров, которые, пока не выберут или не обрубят сети, можно считать неподвижными целями. Враги поняли и приняли мой маневр. Они были уверены, что надо сперва разделаться с барком, а дрифтера никуда не денутся. Второй хулк вырвался чуть вперед и оказался первым на нашем пути.

— Батарея правого борта, зарядить книппеля! — приказал я комендорам, которые уже забили в пушки заряды пороха и пыжи.