Наметанным взглядом он оценил сложенные возле кормовой надстройки шкуры, покивал головой, соглашаясь со своим внутренним собеседником. Наверное, ему сообщили, что я вел торговлю с аборигенами.

У меня в каюте, выпив вина за встречу, Антип Булава спросил:

— Меха у чуди тоже ты купил?

— Да, взял немного, — признался я. — А что, нельзя?

— Мне без разницы, я с ними не торгую, — ответил он.

Купец сообщил, сколько и чего привез. Я проинформировал о своем грузе.

— В прошлом году пчел много передохло, воск и мед подорожали, — начал было Антип Федорович.

— Ты не поверишь, но овец тоже много передохло, ткани подорожали, — насмешливо произнес я и закончил серьезно: — Но я цены не поднимаю.

Как договорились, так и продаю, что и тебе советую.

— Это не я, это мои компаньоны потребовали, чтобы сказал тебе. По мне, как договорились, так и сторгуемся, — сообщил купец Булава.

— Разумное решение, — поддержал я. — Компаньонам передай, что меня на слабо не возьмешь. Мне и так часть груза придется на палубе везти. Могу от некоторых ваших товаров отказаться.

— Обязательно передам, — заверил он.

Антипу Федоровичу Булаве, как понимаю, осложнять отношения со мной ни к чему.

Он берет мой товар первым и самое лучшее. Наверное, что-то имеет и с остальных, как организатор каравана. За одну короткую ходку и без особого риска зарабатывает столько, что хватит несколько лет жить безбедно. Впрочем, у жадности только один достойный конкурент — глупость.

Обмен товарами прошел быстро и без проблем. Больше никто не заикался о повышении цен. Мой товар осматривали не так дотошно, как в прошлом году. Разве что возле пушек долго вертелись. Антип Федорович в прошлом году заказал мне десять бронзовых пушек, стреляющих девятифунтовыми ядрами.

На ладьях использовались трехфунтовые фальконеты, поэтому я поинтересовался, зачем ему пушки?

Он помялся немного и сообщил:

— Ливонцы собираются в гости к нам пожаловать. Надо будет встретить их с честью.

— Уверен, что они не забудут ваше гостеприимство! — пошутил и я, знавший, что Ливонский орден до Пскова и Новгорода не доберется, и пообещал привезти пушки.

Отлили их в Ольборге этой зимой под моим руководством. Раньше там такие большие из бронзы не делали, а клепали из железных полос, которые стягивали кольцами.

Две бронзовые пушки после испытаний пришлось переливать, но со второй попытки сделали, как надо. Теперь можно будет им заказывать и двенадцатифунтовые пушки. Заодно изготовили и лафеты на колесах, чтобы возить четырьмя лошадьми, запряженными цугом.

— Наши мастера делают позатейливее, с узором всяким, — немного покривившись, высказался о пушках купец Булава.

— Вы будете ими хвастаться перед ливонцами или стрелять? — поинтересовался я. — Если стрелять, то без узора надежнее.