Она согласилась полететь со мной в Америку и очень скоро получила согласование новых условий контракта с агентством дома Gucci, как и я. Наверное, они не возражали, потому что мы с Юко часто работали вместе. Наш дуэт всегда и везде смотрелся гармонично и выигрышно, будь то кадр или подиум.

– Мы прилетим к вам в гости к следующей неделе моды в Нью-Йорке, – заявляет уже довольно пьяненькая Ева. Ее пепельно-белые локоны уже растрепаны, а бретелька облегающего платья свалилась с одного плеча.

– Так это… еще… год ждать… – подсчитывает на пальцах Шона и надувает губки.

– О чем это ты? – неловко хмурюсь.

– Говорю, что из всех городов Америки тебе по душе почему-то Бостон. Там слишком холодно, как по мне.

– А-а… – хихикаю и выдыхаю. Опять накручиваю себя. Делаю глоток Ламбруско и чувствую, как приятно кружится голова от шипучих пузырьков. – Просто это мой родной город. Я там выросла, там моя семья, близкие люди…

– Вернешься домой? – интересуется Шона. – Не будешь жить в Нью-Йорке с Юко?

– Вернусь в Бостон. Я безумно скучаю… – произношу мечтательно и сама не замечаю, как широкая улыбка растягивает мои щеки.

– О-о-у… – одновременно завывают девочки.

– Знаем мы эту улыбку, – усмехается Ева. – Неужели наша маленькая девственница нашла исключительный член, который наконец не прочь затолкать себе между ног?

– Ева! – ляпаю ее ладошкой по плечу. Она заливается смехом вместе с Шоной и Юко. Предательницы.

– Вообще-то, Чейз тоже перебирается в Нью-Йорк, – Ева неоднозначно играет бровями.

– И что с того? Мне до него какое дело?

– Хочешь сказать, что не он тот избранный, которому ты подаришь свою нетронутую дырочку? – прищуривается Ева и взмахивает копной пепельных волос.

– Иисусе, нет! – отмахиваюсь от хохочущих подруг. – Чейзу ничего не светит. Я с самого начала обозначила рамки. Да, он прикольный, смешной, классно целуется, но ничего больше. Нет. Не хочу быть его тысячной.

– Ну и зря, – не сдается Ева. – Трахается он так же классно, как и целуется.

– О да… – мечтательно встревает Шона.

– Правда это редко происходит вдвоем, – продолжает Ева, и я морщусь. – Чейз любитель групповушек.

– Ага, я в курсе, наблюдала, – закатываю глаза.

– И пожестче, – Шона стискивает зубы и втягивает через них воздух. – В прошлый раз, когда Чейз перебрал с порошком, он чуть не разорвал мне зад. Кретин, – цокает языком и говорит так, будто рассказывает о сломанном ногте. И то в глазах было бы больше ужаса, чем от «почти-порванного-зада». Ева хихикает. Видимо, находит это забавным. Странная.

– Ну и зачем мне эта информация? – фыркаю. – Мерзость. Не понимаю, почему вы все трахаетесь с ним? Как будто других мужчин нет.