— Ты хоть догадался к госпоже ещё не ходить? — в голосе презрение, оно же ядовитым жалом вонзилось Дэреку в горло.

— Да, отец, — просипел он. — Девушка здесь.

— Я слышал, как вы топали и гремели на кухне, — обвиняюще заявил Корвин Алистер.

— Прости, если разбудили.

— Как ты мог подумать, что я спал? — с вызовом спросил отец, словно предположение было оскорбительным. — Я ждал сына с благой вестью! Сына, способного к настоящей магии! Способного в свои тридцать выкрасть иномирянку! Нужную! Правильную! Подходящую! Ту, за которую заплатят хорошие деньги! Я мечтал о том, что ты сможешь к лучшему изменить свое будущее! Понадеялся, что ты тоже хочешь этого, что ты постараешься хотя бы для себя же, — его голос постепенно стихал, сила бьющих по Дэреку эмоций пошла на убыль.

Корвин Алистер пошарил левой рукой так, будто искал подлокотник. Дэрек метнулся к отцу, придержал кресло, чтобы колеса не подвели в самый неподходящий момент. Отец тяжело сел, выглядел истощенным, уставшим, разбитым. Еще бы, столько силы выплеснуть эмоциями за пару минут…

— Я хочу пообедать, — отвернувшись от сына, сказал он.

Дэрек кивнул и вышел. Закрыв дверь в комнату отца, привалился к ней, прислушался к звукам в доме. На чердаке ни шороха, к счастью. Может, там наверху и не слишком уютно, но это единственное место, куда разряды отцовских эмоций не достают. Единственное место в доме, где Вера могла бы выспаться и не страдать ни от резкой боли, ни от последствий общения со старшим Алистером.

— Госпожа Цельесса примет вас через полчаса, — сообщил пожилой слуга, приглашающим жестом указав на кресла в комнате ожидания. — Желаете чаю?

— Нет, благодарю, — отказался Дэрек, знавший по опыту, что к чаю во Дворце Решений полагался поднос с небольшими пирожными. Последние три дня молодой маг ел только хлеб и боялся не сдержаться, проглотить все предложенное. А это было бы крайне унизительно.

Слуга почтительно поклонился и оставил Дэрека в комнате одного. Шелковые светлые обои с изображениями золотых птиц, тонкий аромат камфоры, мягкое удобное кресло с уютными подлокотниками — все знакомое, умиротворяющее. Дэрек считал, что наибольшее влияние оказывает именно камфора, напоминающая о месте восстановления запала. Там не было суеты, спешки, беготни, забот. Там все уходило на второй, третий и другие очень далекие планы.

Думать о предстоящем разговоре с госпожой Цельессой не хотелось. К тому же Дэрек искренне считал, что хуже беседы с отцом быть точно не может. Сам-андруна усмехнется, покачает головой. Наверное, скажет, что и не ждала другого. Возможно, ее позабавит честный рассказ о том, что девушка не та. Быть может, если повезет, госпожа предложит что-нибудь дельное. Либо найдет способ пристроить куда-нибудь Веру, либо поможет с артефактом.