Можно подумать, Эшли Харпер, заметая за собой следы, прошлась по своему жилищу с гигантским пылесосом. Кроме мебели и холодильника со стаканчиком биойогурта, пакетом соевого молока, пучком редиски и полупустой бутылкой шотландской минеральной воды из супермаркета «Сейнсбериз», в доме не было ничего.

Грейс пытался перевернуть матрас в гостевой спальне, когда к нему подошел Гленн Брэнсон.

– Старик, все это очень странно – она как будто заранее знала, что мы сюда придем. Понимаешь, о чем я?

– Опять ты за свое! Что за манера отвечать вопросом на вопрос!

– Да уж какая есть! – раздраженно пропыхтел ошалевший от усталости Грейс. – Наверное, потому, что ты вечно задаешь их мне! Нет чтобы поднапрячься и самому поискать ответ!

Брэнсон примирительно вскинул руку:

– Не обижайся, старик!

– Так где же она, мать ее за ногу?

– Здесь ее точно нет.

– Я и сам догадался.

В комнату вошел констебль Николл с клочком бумаги в руке:

– Рой! Взгляни-ка – не знаю, может, пригодится?

Это был чек от компании «Сэнчури рэдио», что на Тоттенхэм-Корт-роуд, известного поставщика электроники. На чеке было пробито: «AR-5000 Киберскан, £2437,25».

– Где ты это нашел? – спросил Грейс.

– На заднем дворе, в мусорном баке, – с гордостью ответствовал Ник.

– Две тысячи четыреста тридцать семь фунтов за компьютерный сканер? – удивился Грейс. – Неужели бывают такие дорогие? И для чего они нужны? – Подумав немного, он продолжал: – И зачем выбрасывать чек? Даже если вещь куплена за счет фирмы, чеки принято сохранять – на всякий случай, вдруг сломается? Разве не так?

– Я бы точно сохранил, – согласился Брэнсон.

Грейс посмотрел, когда был выписан чек. В прошлую среду. Время покупки – 14.25. Во вторник вечером у Эшли Харпер пропадает жених. В среду днем она едет в Лондон и покупает сканер за две с половиной тысячи фунтов. Чушь какая-то!

Часы показывали уже начало девятого, а он, Грейс, болтается тут вместе со всей группой чуть ли не с половины седьмого.

– Не знаю, во сколько открывается «Сэнчури рэдио», но нам нужно выяснить об этом сканере решительно все, – распорядился он.

– А что, есть какие-то предположения? – спросил Брэнсон.

– Да целая куча, – буркнул Грейс. – Их слишком много – гораздо больше, чем требуется. – И добавил: – Без четверти десять мне нужно быть в суде.

– Опять старый дружок Суреш Хоссейн?

– У меня сердце кровью обливается от одной мысли о том, как ему будет меня недоставать.