Себе же тащу.

Проходя мимо жилых домов, мы ловили на себе завистливые взгляды. Эгор с утра всех обежал, но большинство его высмеяло, мол, наивный малый, в княжескую милость веришь. Не заплатят, а пахать заставят. А теперь он возвращался, гордо расправив плечи. Наверняка мужики, что вернулись вперед нас, уже растрезвонили и о сытном обеде, и о щедрой зарплате.

А тут мы: Эгор и мужик новый пришлый. Мало того, что с продуктами, так ещё и хворост волочём.

Обогнув наш дом, я скинула иллюзию и уже через огород пробралась к крыльцу. Скинув хворост, осмотрелась. Эмбер меня не встретила, и ведро с золой у калитки стоит.

Печь чистила, а золу не вынесла.

Тревога кольнула сердце.

Войдя в дом, тут же увидела спящую сидя у печи сестру. Видимо, как работала, так и отключилась. Подойдя к Эмбер, опустилась перед ней на колени. В глаза бросился нездоровый румянец на её щеках.

Доигрались в самостоятельность. Заболела.

Растормошив сестру, я заставила её перелечь на кровать. Она не сопротивлялась. Вялая, слабая и такая худенькая. Ну, о чём я думала, когда её на хозяйстве оставляла?!

Бросив на стол мешок с едой, кинулась доделывать работу по дому.

В первую очередь дочистила печь, вынесла золу. Набрав охапку дров, сокрушено покачала головой. Дровница была почти пуста. Ладно бы Эмбер была здорова, можно было бы топить только на вечер, но сейчас этого будет мало.

Через полчаса в печи плясал весёлый огонек, разгораясь на принесённом от северян сухом хворосте. Взяв старый видавший виды казанок, поставила его на пока ещё холодную печь, убрав пару колец с конфорки. Налив в него воды, отправилась за мясом в холодный подпол. Всё, чем мы были богаты – заячья задняя ляжка, птичья спинка да пара крылышек.

В лес придётся идти за дичью. Мясной бульон Эмбер нужен. Но это потом. Это завтра или послезавтра. А пока сварить легкий суп и запарить травы. Подставив низенькую табуретку, я достала мешочек с травами от хвори да лихорадки. И тут шаром покати. Вспомнила, что ещё неделю назад хотела на поиски идти, да замоталась. В сердцах сжав остатки травы, обругала себя мысленно очень нехорошими словами.

Нужно бежать к реке.

Вытряхнув остатки травы в железную миску, сунула мешок в карман. Поднимаясь по лестнице, продумала дальнейший план. Сейчас ставить варить суп бессмысленно, пока сварится, уже ночь глубокая будет.

А Эмбер всё равно спит и есть сейчас не станет. Значит, сначала к реке за травами, а потом уже и кипяток сделаю, и ужин приготовлю. Оставив на столе всю еду, что сегодня получила за работу, выглянула в окно. Опять тучки набежали. Нужно будет топить больше. Пойдет дождь – всё мигом отсыреет.

Стащив с себя кожух, накинула на старенькое платье зипун. Он прекрасно защищал от непогоды. Тихо, скорее по привычке, я вышла из дома. Эмбер крепко спала.