Кабинет без указателя. Дверь обита уплотнителем. Там одна такая дверь...

– Через полчаса, – подтвердил Сакратов, посмотрев на часы.

Он вышел из вонючего кабинета подполковника Шерстобитова, радуясь тому, что инструктаж группы будет проводиться в другом помещении и никому не придется морщить нос в то время, когда будет необходимость слушать с полным вниманием.

Спустившись на первый этаж, Максим Васильевич толкнул дверь отведенной группе комнаты и увидел, как встают при виде командира его бойцы, уже полностью экипированные, в бронежилетах и «разгрузках» и готовые к скорейшему выступлению.

– Отставить готовность, – улыбнулся Сакратов. – Сначала инструктаж. И еще кое-что... Разоблачайтесь!

Капитан Уэйн, помощник профессора Сибелиуса, рад был вырваться из-под опеки своего напыщенного и самодовольного, как индюк, шефа. Максимилиан Гай Сибелиус вообще выглядел довольно смешно, хотя сам этого, конечно, не замечал. Но все в лаборатории, начиная с самых младших сотрудников и солдат охраны, за глаза посмеивались над ним. А помощник руководителя проекта давно уже устал от своего шефа. По большому счету, считал Уэйн, все перспективные разработки лаборатории принадлежат не руководителю проекта, а только молодым программистам, и они должны всем руководить. А Сибелиус выполняет при них второстепенную работу. И даже не выполняет, а уже выполнил, а дальнейшее уже пора делать другим специалистам, имеющим более широкое мышление. Может быть, профессор чувствовал негативное отношение к себе со стороны помощника и отвечал капитану тем же. Уэйн написал уже два рапорта о несовместимости характеров себя и своего подопечного, за которым его приставили, мягко говоря, присматривать. И теперь, договорившись-таки с Сибелиусом, что сам возглавит испытательную бригаду на грузинском полигоне, торжествовал. Из Лэнгли должны были со дня на день прислать замену Уэйну; сам же он надеялся уже не вернуться к профессору. Да и руководство планировало в случае успеха дела, которое он задумал провернуть одновременно с испытаниями оборудования, оставить капитана там, в районе полигона, который неплохо бы сделать постоянно действующим, – оставить в качестве резидента ЦРУ, чтобы организовать хорошо отлаженную «лучевую», как ее называли в Лэнгли, систему приграничных отношений. «Лучевая» система подразумевает наличие по обе стороны границы представителей двух национальностей. То есть на осетинской стороне должны проживать грузины, а на грузинской обязательно должны существовать осетинские селения. Так бывает почти на любой границе.