Определив расположение американцев, среди которых военных было не много – хотя все, наверное, были вооружены и готовы к сопротивлению, – спецназовцы ползком двинулись в атаку. Американцы как раз разделились на две группы, одна из которых, в составе трех человек, ремонтировала кабель, который после взрыва гранаты починить было сложно, если вообще возможно. Вторая группа из пяти человек принесла с места взрыва два тела и что-то обсуждала рядом с тентированным грузовиком. Потом двое из пяти забрались в кузов, а один ушел к первой группе, чтобы помочь там.

Максим Васильевич резонно предположил, что под тентом грузовика находится пульт управления генераторами, за пультом сидят операторы, а рядом находится сам капитан Уэйн с одним из своих помощников. Группой из шести человек в предутренней темноте, когда и луна ушла за горы, и звезды уже не такие яркие, как ночью, блокировать двоих можно без труда. И эти двое даже не сразу поняли, что происходит. Они разговаривали тихо и нервно между собой, словно бы шипели один на другого, когда с одной и с другой стороны из-за грузовика вышли по офицеру российской военной разведки, которые, разумеется, не пожелали представиться. Но оба американских офицера схватились за пистолеты, которые не успели вытащить, поскольку чьи-то руки ухватили их из-под машины за ноги и одним рывком повалили. А чтобы не издавали лишних звуков, каждому из американцев досталось по четкому и выверенному удару, лишающему на время желания и возможности сопротивляться. Но звуки ударов все же были, наверное, слишком громкими, потому что их услышали под тентом в кузове; тент отогнулся, и высунулось чье-то любопытное лицо. А уже через секунду в кузове оказался старший лейтенант Шарапов и, старательно выговаривая английские слова, попросил операторов выключить генераторы и протянуть руки для того, чтобы их было удобнее связывать. С выполнением просьбы старшего лейтенанта проблем не возникло, потому что один из операторов успел познакомиться с кулаком российского офицера.

Оставались еще четверо, занимавшихся кабелем. Бежать за ними смысла не было, Сакратов приказал завести машину. За руль сел Литовченко. На машине доехали быстро, и майор заставил американцев поверить в то, что ездить он совершенно не умеет и путает педаль газа с педалью тормоза. Американцы, успев увернуться от машины, попрыгали в разные стороны; тут же из кузова стали выпрыгивать спецназовцы и связывать пленным руки. Все закончилось без единого выстрела.

Рассадив своих бойцов по всем четырем машинам и указав направление движения, подполковник Сакратов выбрал себе тентированный грузовик, съездил за Муравьевым и за пленными грузинами, чтобы и доставить их в Южную Осетию.