По крайней мере, пока подозреваемый находится в блокирующих браслетах.

— И в чем она права? — в отличие от Трубецкого проявил нетерпение Варланов.

Данила обернулся. Спокойствия в выражении его лица не было.

— Видел я такую схему магемы. У нее даже название есть. Рабский ошейник.

Трубецкой и не хотел, но выругался. Зло. Смачно.

С местом и временем он не ошибся. Персидский конфликт. Восемнадцать лет назад. Рабский лагерь, куда Трубецкой приезжал в рамках миссии обмена пленными.

— Снять сможешь? — задвинув эмоции куда подальше, поинтересовался он.

Ответ знал, но хотелось иметь дело с тем, кому полностью доверяешь.

Увы, это оказался не тот вариант.

— Нет, — качнул головой мрачный Данила. — Ищите спецов в других ведомствах. Я, к сожалению…

Трубецкой только кивнул.

Грязная магема. Практически не оставлявшая шансов.

— Я за поворотом приторможу. Бери Сашку, и прыгайте. Там кусты совсем рядом, успеете…

Реваз посмотрел почему-то не на отца, а на меня. Подмигнул.

— Барин, не беси меня, я и так бешеный.

Мне бы усмехнуться — Реваз сейчас был похож на постоянно прикалывавшегося Андрея, но все было очень серьезно.

Две машины у нас на хвосте…

Судя по тому, как нас пытались столкнуть с моста, о том, чтобы просто передать приветы, речь не шла.

— А ты за меня не беспокойся, барин, ты вон за нее беспокойся, — кивнул Реваз на меня. — И объясни ей, чем такие проделки иногда заканчиваются. Пока еще куда не влезла.

Наверное, мне должно было стать стыдно. Застыдиться я не успела.

— Готовьтесь! — заорал Реваз.

Машина влетела в тот самый поворот, о котором он говорил. Шины завизжали при резком торможении. Я, сгруппировавшись, выпрыгнула в открытую дверь одновременно с отцом.

Перекатилась в кювет, вскочила на ноги и кинулась под укрытие кустов.

Скрыться я не успела. Сначала был одиночный выстрел. Потом очередь, еще одна… Машина, в которой остался Реваз, завиляла, ткнулась носом в фонарный столб и… взорвалась, тут же окутавшись прозрачным пламенем.

Что-то ударило меня в грудь. Я дернулась и открыла глаза. Сердце бешено колотилось, по лицу тек пот…

Отдышавшись — и надо же было такому присниться! — посмотрела на часы. Почти десять. Так поздно я давно не вставала.

Отец говорил, что лучше днем найти полчаса времени и прилечь, чем спать до обеда.

Сон бесполезный, даже вредный.

— Да, — ответила я на звонок.

— Не без твоей помощи, — откинув одеяло и поднявшись, огрызнулась я. — Скоро учеба, а ты…

— У тебя в двенадцать примерка в ателье. Потом я тебя заберу, и поедем подберем что-нибудь на осень.

— Как скажете, маменька, — елейным голоском ответила я. И даже наметила реверанс, благо Андрей этого кошмара в моем исполнении не видел. — Думаешь, без тебя не справлюсь? — продолжила я другим тоном.