Конечно мне было известно, что он мало того что вернулся из командировки, так еще и перебрался в наш филиал, но искренне надеялась на благосклонность судьбы, которая укроет меня от его прекрасных холодных голубых глаз.

Не вышло.

Вот непруха! Мне до декрета осталось всего ничего — какой-то месяц! Думала, доработаю и по-тихому уйду на три года, чтобы на глаза ему не попадаться, а еще лучше по прошествии трех лет место работы сменю, что бы уж наверняка.

И на тебе, пожалуйста. Стоит. Смотрит. И радости во взоре не видать. Обидой легонько кольнуло. У меня-то сердечко внезапно забилось, затрепетало, пока коробки на стол выгружала и пыталась взять себя в руки. Оказалось не так просто выкинуть из головы мужчину, который является отцом твоего ребенка.

Сын как почувствовал — пяткой засадил под ребра, так что не вздохнуть, ни охнуть. Дескать, отставить сантименты, мамаша!

Это и отрезвило. Без следа прогнало секундную слабость и растерянности. Ну пришел. Ну стоит. Ну узнает сейчас про беременность. И что? Можно подумать он —единственный носитель члена на этой планете. Если спросит — скажу, что не от него и дело с концом. Пф, тоже мне проблема!

От принятого решения на душе похорошело, потеплело и стало спокойно, и я уже с улыбкой разворачиваюсь к нему, являя себя во всей красе.

Лукьянов скользнул по мне ничего незначащим взглядом, на секунду задержался на животе — при это ни единый мускул на лице не дрогнул и отвернулся, потеряв всяческий интерес.

Опять обида всколыхнулась, но я ее придавила, разозлившись на саму себя. Не интересно ему — так пусть валит!

Он и свалил, ровно через минуту, даже не удостоив прощальным взглядом.

Злыдень! А я, между прочим, уже начинала забывать о том, какой он «милашка»!

— Что он здесь забыл? — спрашиваю не очень приветливо, когда закрывается дверь и стихают его шаги в коридоре.

— Документы принес, —  с восторженным придыханием пищит Вика, вызывая стойкое желание огреть ее этими самыми документами по башке.

— Нет, —  Елена Леонидовна только качает головой, не отрывая взгляда от монитора, —  плевать ему на эти документы. Пришел просмотреть, как работаем. Владенья новые осматривает.

Я кивнула, соглашаясь. Вполне в его духе.

Противная Викуля никак не могла успокоиться:

— Какой мужчина! Нет, ну вы видели? — мечтательно глаза закатывает, —  а заметили, как он на меня посмотрел?"

"У меня аж карандаш из рук выпал, тот самый, который задумчиво в руках крутила, размышляя о дальнейших перспективах. Черт! Не хватало еще при каждом упоминании Фея терять самообладание.

— Как на фикус в кадке, —  фыркает Алена, уставшая от хвалебных дифирамбов в адрес Лукьянова, —  спешу тебя огорчить, он на всех нас так смотрел — три секунды и исключительно по делу.