– Только я мог решить, что с ним делать!

– У меня не было времени, Фима. Ни секунды.

Я решила, что пора вмешиваться. Да, Славка был моим братом, но то, что рассказал муж, безоговорочно убедило меня в том, что Сашка просто не мог поступить иначе. Я бы сделала то же самое, узнай об этом раньше. И папа сто раз не прав, обвиняя его в самоуправстве.

– Папа, ты ведь сам говорил – все можно простить, кроме предательства. Славка нас предал – всю семью, тебя!

– Замолчи! Что ты-то знаешь об этом! «Семья»! А она есть у тебя – семья-то? – вдруг взорвался отец и с какой-то ненавистью посмотрел в мою сторону.

Я сжалась – о чем это он? – Твоя семья теперь – вот этот урод, посмевший решить, кому жить, а кому умереть!

Я встала с кровати и пошла к двери, но потом передумала и вернулась, подошла к отцу совсем близко и проговорила тихо, хотя мне лично казалось, что ору во всю глотку:

– Да, он – моя семья! Он – потому что готов умереть, голову подставить, но только чтобы мне было хорошо! Он не думает о себе и своей выгоде – он думает о твоей семье, о твоих интересах! И он – мой родной человек! А ты можешь остаться совсем один, если оттолкнешь еще и меня, как Семена и Славку.

Развернувшись, я вышла из комнаты и пошла вниз, в кухню, к Гале. После таких напряженных всплесков всегда ужасно хочется есть.

На выпускной я поехала в сопровождении Акелы. Туфли на каблуке мне, увы, запрещены врачом, и потому я выглядела совсем крошечной рядом с широкоплечим огромным мужчиной в сером костюме и белоснежной рубашке.

– Прости, галстука не будет, – хмыкнул он дома, входя ко мне в комнату, и я кивнула:

Когда мы оказались рядом, выяснилось, что моя макушка находится аккурат в районе его подмышки.

Забавная пара, ничего не скажешь…

– И еще, Аля… Постарайся не выкать, хорошо? Все-таки мы решили, что я твой кавалер, а не дядюшка из Винницы.

Я захохотала – меньше всего Акела годился на роль еврейского дядюшки.

– Хорошо, постараюсь.

Водитель доставил нас к крыльцу, и там нас ждал неприятный сюрприз – нанятая директором школы милицейская охрана. Они с серьезными лицами всматривались во всех входящих, и, разумеется, вид Акелы тут же насторожил их. Положение спас сам директор, который не без помощи моего отца оборудовал недавно в школе компьютерный класс и небольшой видеозал с хорошей аппаратурой.

Понятное дело, что после такого я могла явиться на выпускной с тигром на поводке – и никто не моргнул бы глазом.

Во время торжественной части мы сидели отдельно – выпускники впереди, родители и гости – сзади. Меня вызвали на сцену первой – я была золотой медалисткой даже при всех своих пропусках. Пока директор что-то бормотал о «путевке в жизнь» и «светлом будущем», я смотрела в зал и видела только Акелу, довольно улыбавшегося в последнем ряду.