— Точно! Думаю, где я тебя видел?! Нас награждали вместе в «Динамо» знаком «За спортивное мужество»! Не помнишь? — обрадовался гаишник.

— Имя забыл, помню что борец, — наугад сказал я, имея в виду его искалеченное ухо.

— Дзюдоист, — поправил меня сержант, — Владимир я.

— А почему тут стоите? Да так рано?

— Сами не знаем, поставили на досмотр, вон усилили парнями в штатском, — Володя кивнул на «уазик». — Всё в порядке у вас, езжайте.

— Ма-а-ам останови, мне в кустики надо, — жалобно попросила дочь, выглядывая из-под одеяла.

Пока Вика делает свои «кошачьи дела», я достаю свой дозиметр, один в один с Артемьевским, и делаю замеры радиации.

— Зря взял, — равнодушно сказала тетя Роза.

— Это мой личный, — пояснил я.

— А зачем он тебе? — насторожилась женщина.

— А… это он Вике подарить хотел, ещё в Киеве спрашивал, а я сказал, что есть у нас, — вспомнил Виктор.

— Пришлось другой подарок покупать. Кстати, а где ваш пекинес? Не видел его, — быстро сменил тему я.

— Остался у бабули в Москве, — ответил Витька.

— Норма, — удовлетворённо говорю я, замерив уровень гамма-излучения.

Ну, как норма? Полтора от нормы — 80 мкр в час. С собачкой тоже хорошо вышло, я слышал, волосы долго фонят, у меня-то нет волос на голове почти, а вот собаку стричь надо было бы. Да и остальных Артемьевых.

— Может зря уехали? — засомневался Виктор.

— Отец сказал, что надо, — покачала головой Роза Михайловна и закрутила головой, ища Вику в подлеске. — Да где она?

И правда долго нет дочки. Пошла в лес по-маленькому, увидела медведя, заодно и по-большому сходила?

Идёт, с цветами. Дитя дитём. До Киева ехали ещё часа два, никто больше не тормозил, и понемногу мы все успокоились.

— В гостиницу? — спросил я на подъезде к городу.

— Сестра у меня тут двоюродная живет, надеюсь, не откажет, — ответила маман.

Во как угадал я с тётей! А я в гостиницу, а вообще сегодня на концерт можно сходить, а завтра самолёт у меня, — информирую я своих попутчиков.

— Сейчас трудно найти гостиницу со свободными номерами. С нами поедешь! — возражает мне Роза Михайловна.

Мне как раз есть, где жить, но говорить не хочу об этом, ведь я якобы планировал дня три пожить у Артемьевых, а тут выяснится, что у меня номер забронирован.

— Обзвоню все гостиницы, может найду, — обтекаемо возражаю я.

— Вон видишь съезд буряководов в городе, — смеется Витька, показывая на вывеску на улице.

Стенд гласил: «Международная выставка «Буряководство-86». Сроки проведения: с 21 по 27 мая».

«Наверное, никто не приедет» — мрачно подумал я. На самом деле о жертвах и последствиях аварии я знал катастрофически мало, несмотря на попытки вспомнить хоть что-нибудь в течение двух лет, как попал в это тело. Вспомнилось только, как в армии общался с парнем из Киева на эту тему.