Да, вот так, и в Чернобыле квартирка и тут, правда пустая, и далеко от центра. Два часа убил на дорогу до дома и обратно, а всё для того, чтобы произвести впечатление на Милу, скромную и неразговорчивую девушку. У девочек завтра с утра отъезд, может нам чего с Витей сегодня и обломится. Ещё сегодня «Брюгге» играет со «Спартаком», и если победят красно-белые, то я — богат. Немного покачивает, переживаю. Кэт это заметила и шепнула на ухо:

— Да будет у нас! Всё будет! Хоть всю ночь!

Она решила, что мой мандраж от волнений и переживаний — обломится мне чего от неё или нет? Смешная малышка. Матч не показывают по телевизору, и будут ли результаты утром в газете — непонятно, скорее всего, нет. «Советский спорт» зажрался, имея монополию на спортивные новости. Может поэтому позже «Спорт-Экспресс» легко откусит большой кусок рынка. Оперативность там была на высшем уровне. Но этой газеты пока нет, и радио нет. Буду утром пытаться узнать результаты у кого-нибудь. В грязь лицом я не ударил ночью, да и Катя постаралась. Обменялись адресами, писать обещала мне. Я точно не буду сам первый.

— Штыба, что с тобой? Спишь на ходу! — ругает меня Петрович, и за дело ругает.

Сил после бессонной ночи немного. Витя, судя по его довольной физиономии, тоже получил, что хотел, и орут на него так же, как и на меня.

— Артемьев! Ты чего спишь тоже? Чем вы там со Штыбой занимались ночью? Активнее работай, активнее! Всё, закончили! Спарринги. Первая пара — Никитин и Артемьев, потом Штыба пусть с Острецовым, если не уснёт до этого времени, — подколол меня тренер.

Секс перед боем, да и вообще перед соревнованием, не на пользу, тем более такой выматывающий. Более мастеровитый Витя своему сопернику откровенно сливает уже третий раунд подряд.

«Щас и меня так же отмутузят», — мелькает в голове мысль.

— Штыба, Острецов — на ринг! — слышу команду и нехотя иду в квадрат.

— Ген! Выиграл «Спартак», три-один! — слышу ликующий голос одного из тренеров другому.

Епть! Как не повезло Острецову. Он вис на мне, пытался зажать руки в захваты, бил в лицо шлемом, бегал как сайгак от моих плюх, только поэтому я не забил его в первом раунде. Но во втором, в самом начале, нашёл я щелочку в его защите и сунул джеб, пару двоек апперкот и хук справа. Соперник рухнул.

— Штыба! Ты всех угробить хочешь? Один остаться? — орёт тренер мне. — Спал же! Спал бы и дальше! Нет, проснулся! Или ты притворялся? Ох, хитрый. И злобный! Что там с парнем?

— Жить будет, — меланхолично кивнул доктор сборной, дав нюхнуть ватку, отчего Острецов выгнулся как вампир, которому загнали в грудь осиновый кол.

— Евгений Петрович, тебя не понять, то ругаешь парня, что он спит на ходу, то наоборот, что не спит, — гаркнул Михалыч, подкравшись откуда-то из глубины зала.