В загул не ушел, самоконтроля не утратил, исправно ходил на работу и даже пахал до изнеможения, срываясь на окружающих его провинциальных идиотов и бездарей. И понимал, что нити событий от него ускользают, самопроизвольно переплетаются и превращаются в спутанные клочья, бесполезные, бестолковые и, очевидно, никак не пригодные к тому, чтобы с ними работать. Руки опускались сами собой, потому что весь его идеальный план на жизнь можно было выбросить в урну — из-под него вынули фундамент и стены посыпались.

Яр бесился. Но проваливался все глубже, пока наконец не достигнул дна черноты — дальше некуда.

Это он понял однажды посреди ночи, притащив в гостиницу очередную девицу, которую подцепил в «Айя-Напе» субботним вечером. Она была веселой и с задоринкой, а он подумал — какого черта перестал получать прежнее удовольствие от мира вокруг себя. Повод — где? Сейчас перевидал половину города, и все знают, что он — на коне. Может глушить самый дорогой вискарь и способен позволить себе любую бабу. В семнадцать лет о таком — только мечтал. Стать кем-то, кто может и кто способен.

А теперь он и есть тот самый человек, который может и способен.

И пока девчонка в номере отрабатывала свое, его все сильнее отпускало, будто бы из мозга выветрилась дурь. Бодрый и незатейливый секс — идея в любые времена превосходная. А уж если барышня, не в пример супруге, попадется с фантазией, то в голове совсем места горьким думам не остается. Испаряются напрочь.

В общем, уже к утру его отпустило. За воскресенье — основательно перезагрузился.

А добравшись до офиса, в тот понедельник гудевшего с ошеломительным эффектом, Ярославцев взялся за дело с особенным рвением, которое было присуще ему, когда он на гребне успеха.

На самом верху — плевать на риск. Найти то, за что можно зацепиться мертвой хваткой, и не ослаблять. Не ослаблять. Не разжимать зубов, даже если уже ноют челюсти.

Собственно, некоторые вещи он и за прошедшие дни успел. Немногое, но потенциально перспективное. И теперь, будто бы карты таро, раскладывал на столе цветные стикеры с заголовками, решая с чего начать.

На данный момент в наличии имелось фото Богдана Моджеевского с Андрюхой, сделанное в пятницу воспитательницей в саду, когда «новый папаша его сына» забирал мальчика.

С ней Яр договорился, еще не совсем понимая, чего именно хочет и как, но зная точно, что никакая информация ему не повредит. Обычно всеми детскими делами занималась Юлька, но номер воспиталки она заставила внести в телефонную книжку и несколько раз напомнила, что в случае чего — игнорировать звонки Надежды Анатольевны нельзя под страхом смерти.