Взбесится, что его любимчика завалили, и устроит геноцид «Могильным воронам». А они ему нужны. Судя по данным системы, стая морфов на территории промзоны пряталась такая, что для ее ликвидации понадобились бы силы значительно большие, чем отряд в пять человек, отправленный Сандерсом. Но гляди ж ты, ускользнул, ублюдок!

В то, что хитрый космодесантник уничтожен, Миллеру не верилось. Все же не зря Баркер на него глаз положил, тут гейм-директору надо отдать должное: чуйка на людей у него была очень неплохая. Скорее, эта тварь сама устроила взрыв, чтобы… Чтобы что? Хрен его знает. Прежде чем строить какие-то предположения, нужно самому посмотреть, что там произошло. А заодно и проверить систему на предмет появления метки три-три-два-восемь-шесть. Если ублюдок выбрался, система его засечет и выдаст местоположение. Ну, а во второй раз Слай уже не должен обосраться. Не имбецил же он, в конце-то концов! Со складом Скульптора сообразил же!

В общем, да. Нужно разобраться, что там и как, а, заодно, и организовать доставку А-стимов на Рапсодию. Хрен с ним, с Алтаем этим. Главное, что основная тема с места тронулась, и теперь ему не придется ни перед кем оправдываться. Решено! В этот раз он залезет в собственные сбережения, и отправит необходимую сумму, а вернет деньги, когда Слай распродаст первую партию.

Миллер открыл энергетик, сделал несколько глотков, и с отвращением выбросил банку в утилизатор. Сон… Все, что ему нужно — здоровый, глубокий сон. И все снова будет, как надо.

Тяжело дыша, голый по пояс Рэйзер ввалился в свою комнату, на ходу стащил штаны и плавки, и направился в душ. Тугие струи ударили в разгоряченное тело, и он даже застонал от удовольствия. Натруженные мышцы вибрировали, по телу разливалась приятная усталость после изматывающей тренировки. Быстро вымывшись, он активировал предустановленную программу, и несколько минут просто стоял под контрастным душем, опершись руками о стену кабинки и склонив голову. Почувствовав себя достаточно взбодрившимся, Рэйзер выключил воду, и, подхватив жесткое полотенце, выбрался из душа.

Растершись докрасна, он бросил полотенце в сушилку, и на миг замер перед зеркалом, критически оглядывая собственное тело. Ни грамма жира, тугие узлы мышц легкоатлета, и, что самое главное — ни одной видимой аугментации. Рэйзер любил свое тело, и искренне не понимал тяги местных уродовать себя разнообразными железяками, выглядящими так, будто их подобрали на свалке. Нет, против модификаций, как таковых, он ничего не имел, скорее, даже, наоборот — пожалуй, количеству и качеству установленных имплантов позавидовали бы даже бойцы элитного полицейского спецназа, с которыми ему когда-то довелось работать, но все они были скрыты внутри. А снаружи… Нет, снаружи — это уродство.