В реальность происходящего она верила еще меньше, чем сама Марина, хотя, когда подруги стояли в аптеке, покупая тест, только ржала – говорила, что той только все кажется. Когда оказалось, что ничего Марине не кажется, Маша смеяться, естественно, перестала, и долго успокаивала подругу: у нее от случившегося вообще сначала была истерика – гадалка, гадалка-то оказалась права! Потом, правда, девушка по-взрослому взяла себя в руки, сказала мрачно, что «этот умник сейчас все узнает и поплатиться» и, не думая, позвонила своему парню.

– Кем? – не сразу понял ее Мика, очень торопящийся в театр.

– Папой, – повторила, как робот, Марина.

– С чего вдруг? Я ближайшие десять лет детей не собирался заводить. – Сказал молодой человек растерянно. Марина горько рассмеялась. Маша покрутила пальцем около виска и почему-то с большой опаской посмотрела на живот подруги.

– С чего вдруг? Да просто есть у меня одно подозрение… Вернее, даже подтверждение. В общем, готов ты или не готов, но… папой ты точно будешь. – Сказала Марина почти спокойно.

– Марина, – отозвался Ланде, уставившись в одну точку – Черри это увидел и удивленно поднял проколотую бровь. Разговор его очень заинтересовал. – Каким папой? Да у нас было всего один раз и то очень давно.

Уши Саши, украшенные черными «тоннелями» стали больше в три раза. Бровь его скептически поднялась, а губы изогнулись в ухмылочке.

– Ну, видимо, того раза хватило.

– Да? – окаменевшими губами спросила Мика.

– Да. Да!!! – прорвало, наконец, Марину. – Это ты виноват! Ты! Ты! Все из-за тебя!

– Успокойся, – тут же испугалась еще больше Маша за подругу. – Мамочка… Тьфу ты! Мариночка, тебе нельзя волноваться! Дай, я сама с ним поговорю!

– Я не хотел. – Прошептал Микаэль, пребывающий, по авторитетному мнению Черри, знавшего брата как облупленного, в состоянии, близкому к обмороку. – Милая, я не хотел… Солнышко, ты… Ты точно знаешь, что ждешь ребенка?

– Кого она ждет? – зачарованно спросил Черри, понимая, что кое с кем произошел его самый большой ночной кошмар. – Ребенка? NЗапрещено цензуройN. Э, парень, ты в порядке? Дай-ка мне трубочку?"

"В результате вместо заплакавшей Марины и пребывающего в глубоком шоке Ланде, по телефону разговаривали Маша и Черри. Будущие же молодые родители встретились только вечером, в кафе на берегу реки, где несколько часов долго и тихо разговаривали. О чем – так и осталось загадкой для всех их друзей, но когда они вышли на улицу, где гулял теплый сентябрьский вечер, обряженный в сюртук, модную в Имперской России шляпу и помахивающий изящной тросточкой, то уже оба точно знали, что сейчас пойдут к родителям Марины, а потом и к предкам Мики.

– Ты только не плачь, – повторял все время молодой человек, успокаивая свою девушку. – Все будет хорошо.