Под ростбиф с картофелем и в окружении уродливых, отставших от стен обоев.

- Вы очень молчаливы, - обратилась она к своему спутнику. - Даже весь день меня не дразнили.

Виконт поднял глаза от тарелки.

- Это потому, что я жду, Моргана.

Минерва стиснула зубы. Хватит! Она не собирается больше его поправлять.

- Когда вы образумитесь. - Он обвел комнату рукой. - Остановите всё это. Потребуете, чтобы я отвез вас прямо домой.

- О нет, этого не случится.

- И вы не передумали?

Она покачала головой:

Колин налил им обоим еще вина.

- И вас не беспокоит, что сегодня ночью вы разделите со мной одну комнату, зная, что это будет означать для вас завтра?

- Нет, - солгала она.

Хотя с тех пор, как они покинули Спиндл-Коув, Пэйн лишь заботился о спутнице и защищал ее, Минерва все равно ощущала тревогу в его присутствии. Он был таким красивым, таким... настоящим мужчиной и, казалось, заполнял собой всю комнату.

О небеса! Она согласилась разделить с ним постель! Если под этим подразумевается большее, чем просто мирный сон друг возле друга, то Минерва не знала, что ей делать. Она вспоминала искусные, волнующие поцелуи виконта, и в ней боролись страх и любопытство.

- Если я не могу вас отговорить... - начал Колин.

- Тогда утром я поищу место в почтовой карете, идущей на север. Нам надо лечь пораньше.

Когда Колин окончил ужинать, Минерва решила прибегнуть к привычному средству защиты. Извинившись, она встала из-за стола, подошла к самому маленькому из своих чемоданов, в который положила все книги, и вынула дневник. Если через неделю или около того ей предстоит присутствовать на симпозиуме, необходимо систематизировать все недавние находки и перенести их на бумагу.

Достав карандаш и зажав его в зубах, она закрыла чемодан и вернулась с дневником к столу.

Отодвинув пустые тарелки из-под еды и водрузив на нос очки, она приготовилась к работе и раскрыла дневник на последней заполненной странице.

То, что она увидела, ее потрясло. Сердце сжалось.

Пэйн, сидящий напротив, оторвал взгляд от своей тарелки.

Минерва в смятении листала страницы.

- О нет! О Боже! Не могла же я оказаться такой глупой!

- Не сдерживайтесь. Можете быть какой вам угодно. - На ее сердитый взгляд он ответил: - А что? Вы ведь жаловались, что я вас не дразню.

Она положила руки на стол, опустила на них голову и начала размеренно биться

- Какая я же я глупая! Глупая!

- Да полно вам! Уверен, не всё так плохо. - Виконт отложил в сторону нож с вилкой и вытер рот салфеткой, а затем, протащив вокруг стола свой стул, опустился на него рядом с Минервой. - Что могло вас так расстроить?

Он потянулся за дневником, но она подняла голову.

Слишком поздно. Колин уже держал тетрадь в руках и листал страницы, пробегая глазами текст.

- Пожалуйста, не читайте! Это все неправда и глупости.