Денег они с Андрея запросили немного, вот он и согласился, а только они каждый день пили, и нужно им было, чтобы хозяин с ними непременно выпивал. Иначе, говорят, коровник твой стоять не будет, в первую же зиму развалится. Ну, Андрюша и стал с ними выпивать. И ради коровника, и вообще – не мог он перед мужиками в грязь лицом ударить. А запрягинские магазинную водку не уважают, говорят, только деньги зря переводить, а покупают самогонку у местных бабок. Первый день – ничего, второй день – ничего, а на третий день, видать, бабка продала им какой-то некачественный самогон. Один строитель оклемался, второй – ослеп, а третий не проснулся.

И Андрюша тоже… такая печальная история! А ведь такой был мальчик хороший, способный! Помню, он в десятом классе целую главу из поэмы «Кому на Руси жить хорошо» выучил… и вот ведь удивительно – как раз про пьянство…

– Значит, это не он… – вздохнул Маркиз, собираясь спрятать фотографию. – Значит, ошибка вышла…

– Конечно, не он! – проговорила старая учительница, удерживая снимок в руках. – Это не Андрюша, это Славик!

– Славик? – встрепенулся Маркиз. – Значит, это все же ваш ученик?

– Конечно, мой! Это Славик Воропаев.

На лице ее отразилось какое-то странное выражение – то ли гордость, то ли неодобрение.

Маркиз молчал, ожидая, когда Надежда Васильевна сама заговорит – он считал, что подталкивать ее не стоит.

– Странный он был мальчик, – проговорила она наконец. – Вроде и учился неплохо, и не драчун, но что-то в нем было сомнительное. Любил ребят друг с другом ссорить. Наговорит одному на другого, а потом наблюдает, что из этого выйдет. Правда, говорят, он потом большим человеком стал.

– А к вам он не приезжал?

– Ко мне – нет.

Только один раз приехал сюда, в Оредеж, на похороны Леночки Нестроевой. Тоже печальная история… хорошая девочка была, умница и красавица, да вот вышла за Павла Лемнева, а он – ужасный человек, как напьется, так бить ее… я ей сколько раз говорила, уходи от него! А она, Леночка, – не могу, как же я его оставлю, он без меня совсем сопьется… Ну, вот так и мучилась много лет, а потом Павел по пьяному делу поджег дом. То ли заснул с сигаретой, то ли что… сам сумел выбраться, а Леночка погибла.

– И вы говорите, что Воропаев приехал на ее похороны?

– Представьте себе! – Надежда Васильевна развела руками.

 – Я сама очень удивилась… хотя они в одном классе учились, и я теперь припоминаю, что Воропаев был влюблен в Леночку. Ну, тогда в нее почти все мальчики были влюблены, но это ведь больше тридцати лет прошло! Выходит, что-то у него все эти годы тлело!

– Да, бывает же такое! – поддакнул Маркиз старой учительнице. – Вы сказали – Славик. А как его зовут полностью?

– Вячеслав… Вячеслав Игоревич.

– Завидная у вас память!

– При моей профессии иначе нельзя.