Лишь длинные серебристые волосы рассыпаются по плечам и закрывают от меня ее бледное и спокойное лицо.

На секунду отвлекаюсь от дороги, тянусь к ней и согнутым пальцем стараюсь убрать шелковистые локоны. Кончиком пальца касаюсь ее мягкой кожи.

Вздрагиваю. Через тело словно ток пропустили. Мощный разряд проходится по позвоночнику. Из позвонка в позвонок. Заставляет вспыхнуть кожу и отдёрнуть руку.

Что это было, твою мать?

Просыпаюсь резко. Словно из воды вынырнула.

Еще секунду назад плыла в сером мареве без звуков и образов. А сейчас часто моргаю и стараюсь понять, где я.

За тонированными стеклами ярко светит солнце.

Мимо пролетают деревья и указатели.

- Завтра к вечеру будешь дома.

Странно, мне казалось, что до Перми я долетела очень быстро. Да, я ведь гнала местами под сто шестьдесят. Так мне не хотелось, чтобы родители вернули меня обратно.

Я реально надеялась сбежать от них.

Отворачиваюсь к окну.

- Сколько времени? - повторяю громче.

Мои смарт-часы сели вчера вечером. Телефона нет. На приборной панели я тоже не вижу часов.

Я что проспала двенадцать часов? Реально?

Грозный не утруждает себя ответом. Только обливает меня холодным раздражённым голосом.

- Нам надо заправиться, - бросает он в пустоту, сверяясь со стрелкой на панели приборов.

Пожимаю плечами. Ему вряд ли нужно мое благословение.

- Сейчас мы заедем на заправку, и ты будешь вести себя как пай-девочка. Тебе ясно? - его голос наливается свинцом.

Упрямо молчу, поджимаю губы.

- Ясно? - рычит он на пределе и хватает мою руку.

Его длинные пальцы впиваются в ме запястье.

В ответ на его прикосновение кожа вспыхивает, горит и плавится, причиняя мне ощутимую боль. Словно меня не человек схватил, а киборг-убийца раскаленным титановым кселетом...

- Ясно, - морщусь от боли.

- Отлично, - грозный отпускает мое запястье и включает поворотник.

Небольшая заправка, несколько машин на колонках и пара скучающих путешественников в минимаркете.

- Идем, - Грозный распахивает передо мной дверцу.

Только вчера ночью я поняла, что на моей двери стоит защита от детей - открыть ее изнутри невозможно.

Послушно выхожу и следую за своим конвоиром.

Оглядываюсь по сторонам, но ничего подходящего для побега не нахожу.

И как бы я не любила родителей. Как бы не соскучилась по ним за эти дни, от побега я не отказалась. Хотя бы потому, что Костик сделал для этого просто невозможное. И сдаться сейчас - предать его и растоптать все его старания.

В минимаркете пусто. Только скучающая оператор заправки у кассы с интересом разглядывает... Грозного???

Я оборачиваюсь, может за нами зашел кто-то еще.

Но нет. В мини-маркете только мы.

Девушка отлипает от стойки, кокетливо поправляет волосы и расправляет на груди фирменную футболку.