Мы это давно решили, когда собирались заводить ребенка, и договорились заранее, что должны позволять друг другу заниматься своими делами, а не быть только родителями.

Когда Патрик закончил свою тираду, Мартин уже развеселился до того, что у него слезы выступили на глазах. Он хохотал вовсю и одновременно мотал головой:

— Ну да, ну да, конечно, у тебя будет куча времени, чтобы заниматься собственными делами. Они же ведь так много спят, когда маленькие, — передразнил он Патрика, после чего зашелся смехом еще сильнее.

Патрик знал, что у сестры Мартина пятеро детей, и у него в душе закопошились смутные подозрения насчет того, что же он такое упустил и что же такое знает Мартин, что он так веселится.

Но прежде чем он успел спросить, зазвонил его мобильный телефон.

— Привет, это Петерсен. Я что, позвонил не вовремя?

— Нет, все нормально, подожди только, мне надо где-нибудь припарковаться.

Они как раз проезжали кемпинг в Греббестаде, и при виде его оба — и Патрик, и Мартин — помрачнели. Им еще пришлось проехать несколько сотен метров до парковки возле холма Греббестад; Патрик свернул туда и остановился.

— Ну вот, я припарковался.

Вы что-нибудь нашли?

Он не мог скрыть нетерпения в голосе, и Мартин с интересом посмотрел на него. Мимо машины сновали туристы, они входили и выходили из магазинов и закусочных. Патрик с завистью посмотрел на их беспечные, ничем не омраченные лица.

— И да и нет. Конечно, мы будем еще исследовать все более тщательно, но, принимая во внимание обстоятельства, я подумал, что тебе будет очень важно услышать, что все-таки есть кое-какая польза от твоего, я бы сказал, несколько поспешно организованного вскрытия могилы.

— Да я не собираюсь это отрицать.

В настоящий момент я чувствую себя полным идиотом, так что все, что у тебя есть, для меня очень важно.

И Патрик затаил дыхание.

— Во-первых, мы сравнили имеющуюся у нас стоматологическую карту с зубами этого малого в гробу, и без колебаний подтверждаем, что это Йоханнес Хульт. Так что по этому пункту я, к сожалению, не могу сообщить тебе ничего интересного. Зато могу сказать, — Петерсен не удержался от соблазна и сделал паузу для пущего эффекта, — то, что причиной смерти стало удушение, является полной чушью.

Скорее тут надо говорить о том, что он умер в результате тяжелой травмы затылочной части черепа.

Мартин подпрыгнул, когда Патрик буквально выкрикнул эти слова.

— А что значит «тяжелая травма»? Его что, ударили по голове или ты хочешь сказать что-то другое?

— Нет, что-то в этом роде. Но он как раз сейчас лежит на столе, и как только я еще что-нибудь узнаю, то сразу же опять тебе позвоню. Мне надо вникнуть в детали, а сейчас я просто не могу сказать тебе больше.

— Я очень благодарен, что ты позвонил так быстро.