Девушки пили чай и внимательно просматривали ауры соперниц, считывая блоки и пытаясь отыскать любую лазейку для сброса заклинаний. Но защита у всех стояла качественная, и улыбки на лицах с каждой минутой становились все кислее и кислее.

И вот среди этого цветника появилась неказистая такая мокрая колючка — я. И стоило мне войти, как настроение у дамочек сразу поднялось, и я получила пять метких ударов разной степени вредности. Но первое, чему научил отец, когда стал проявляться мой дар, — это ставить хороший блок и защиту. И не простую защиту, а настоящую, некромантскую, которую пробить не то что трудно, а почти невозможно.

Наблюдать за вытянувшимися лицами ведьм было очень приятно, это даже немного польстило и утешило мое самолюбие.

Сидящая за отдельным секретарским столиком сухонькая пожилая женщина-человек с аккуратным пучком волос и огромными очками перебирала бумаги, искоса и явно неодобрительно посматривая на кандидаток. На мгновение мне показалось, что я ей понравилась. Может, и правда показалось, но взгляды, которые она бросала в мою сторону, были скорее заинтересованными, чем неодобрительными.

А потом началось само собеседование.

Ведьмы заходили в кабинет по одной и выходили примерно через пятнадцать-двадцать минут. Причем выходили они все невероятно довольными и счастливыми.

Когда с ослепительной улыбкой на лице вышла первая (это была блондинка), я уже решила, что все — вакансия закрыта и можно уходить. Уж очень довольной она была. Это мысль меня очень обрадовала. Но собеседование продолжилось. Через семнадцать минут с не менее счастливой улыбкой вышла шатенка… потом мулатка… потом рыжая.

Через час я уже начала коситься на дверь и аккуратно проверять ее на наличие полога слышимости.

В мире не так много вещей, которые могут сделать ведьму столь довольной, и каждая из них в применении лично ко мне совсем не устраивала.

Брюнетка еще не успела выйти, когда секретарша неожиданно повернулась:

— Можете проходить, Дмитрий Александрович вас ждет.

Что я подумала, когда в первый раз увидела Дмитрия Соколова?

Что у него совершенная и потрясающе сексуальная задница, что целуется он весьма неистово. Потому что первое, что увидела, когда вошла в кабинет, была именно его пятая точка, в которую вцепилась ноготками темпераментная ведьма.

Само собой, занятые страстным поцелуем, они не заметили, что их уединение нарушено.

Я уже решила с позором сбежать, но потом передумала. Проснулось ведьмино упрямство. Меня же пригласили войти, и сейчас моя очередь! И я, громко кашлянув, выразительно постучала о косяк двери костяшками пальцев.

Парочка продолжала целоваться, а пальчики на заднице Соколова даже стали менять дислокацию в сторону его ремня.