— А давай… водки добавим? — предложил красноносый.

— Зачем? Это же не окрошка…

— Ну как зачем… Она выпьет борща. Ей станет хорошо! И передумает разводи… ик… в общем ты понял.

— Понял, что ты гений! Ик!

Мужчины слили половину воды из кастрюли, что была черна из-за земли с грязной картошки, и залили всё водкой.

— Всё! Теперь осталось, чтобы приготовилось. Ты включил печь? — инженер уставился на товарища, а тот с честными глазами закивал.

— К-к-коненчно, час назад ещё включил.

— А пламя где? Всему тебя учить…

Инженер подошёл к газовой плите и щёлкнул пламя… И оно вспыхнуло, поглощая всю кухню… Ещё миг спустя раздался взрыв, да настолько мощный, что сосед, сидящий на стуле, едва успел открыть глаза, как его голову размозжило обломком стены.

— Да-да, всё именно так, — я зевал и отвечал на вопросы следователя. Оказывается, спецназ уже давно штурмовал отель, просто им приходилось пробиваться через полчища зомбированных. При этом их нельзя было калечить и убивать.

А стоило тем успокоиться, как спецназовцы за пару минут добрались до нас. И нашли мы телохранителей Ивана и Ангелины. Ну как мы… скорая под отелем. Они в окна выпрыгнули… И выжили! Переломали себе всё что можно, но выжить помогли защитные артефакты и крепкие тела боевых монахов.

Сейчас я сидел на диване, а в кресле напротив — следователь. Также в помещении была куча народу, собирающих улики и помогающих пострадавшим.

— И вы сами переломали конечности боевому магу? — следователь имел в виду того десантника, что к нам по сосульке пролез.

— Он же зомбированный: ни силы магии, ни разума, — пожал я плечами. Правда, их тут же зафиксировал целитель атрибута природы. Рёбра мне сращивал, да и ожоги заживлял, включая оставленные морозом.

— Ладно. Оставим это. Вернёмся к предыдущему вопросу, почему вы уверены, что это покушение именно на вас?

— Потому что лишь меня этот голос, называл по фамилии, — вздохнула Ангелина.

На ней была моя одежда, так как её сгорела в её же пламени. А я… ну мне не привыкать труселями светить. Причём модными и клёвыми. В тортик! Куда круче, чем уточки Иванова!

— Это не показатель, — следователь покачал головой.

— Если вы не укажете слова Лины в отчёте, я напрошусь на аудиенцию к императору и сам с ним поговорю об этом деле. И да, я высший аристократ, мне можно, — вмешался я и посмотрел на следователя как на говно.

Подмечу, что, когда на людей так смотришь, они резко перестают вести себя как уроды и становятся лапочками.

— Прошу не угрожать мне. Я знаю, как делать свою работу и делаю её качественно. А значит, и все ваши показания я обязательно зафиксирую, — он тут же принялся делать пометки со словами Ангелины.

— Очень на это надеюсь. Однако я привык не верить на слово и обязательно за всем прослежу.