А как Вика потом облизывалась, подбирая потёки спермы с подбородка? Не выдержав такой картины, он дёрнул девушку на себя, прижал, впился в податливые губы поцелуем… Закончившимся очень не скоро. А после ещё долго перебирал растрепавшиеся рыжие пряди пальцами, и гладил второй ладонью по спине удобно развалившуюся на нём девочку. И лишь когда та завозилась, приподнял лицо за подбородок.

— Ну что, поедем домой?

Вика смотрела долго, периодически задумчиво поджимая губы. И наконец улыбнулась — открыто, светло.

— Поедем. Только за вещами моими заехать надо.

Ну надо, так надо. И начхать, что из коттеджного посёлка в Приозерском направлении придётся ехать в Купчино (хорошо хоть суббота, а не пятница!), а потом пробираться окольными путями через пробки до Петроградки. На всё чихать. Главное, что Вика всё-таки дала им шанс. Что не испугалась. Что решила попробовать с ним, с Егором, отношения, начавшиеся столь внезапно. А уж он постарается, чтобы эта солнечная девочка не пожалела о своей доверчивости.

Вику трясло от ощущений, пока Егор осторожно, но быстро освобождал её руки и ноги. Сегодня они таки попробовали порку ремнём — просто потому, что хотелось уже определиться со своим отношением к боли. Ну, как бы определилась. И нет, не оно. Совсем. Вот когда любовник в качестве прелюдии шлёпал её рукой, это да, вставляло. Жар с задницы стекал в живот и потом скапливался влагой между ног, и чувствовалось оно волнующе. А тут…

— Тише, моя хорошая, всё закончилось.

Причём закончилось раньше, чем они договаривались. И стоп-слова Вика не говорила — не такая сильная ведь боль, терпимо, хоть и не особо приятно. Но любимый мужчина словно почувствовал её состояние и сам решил прекратить.

А она влюбилась, быстро и бесповоротно. Ну просто потому что Егор был каким-то чёртовым совершенством: предусмотрительный, заботливый, когда надо ласковый или грубый, идущий навстречу её желаниям (вот как сегодня).

В общем, порка ей не зашла, хотя сейчас задница и бёдра не болели, а горели равномерным, достаточно приятным жаром, но это впечатление оказалось очень обманчивым: стоило перекатиться на спину и соприкоснуться горящими местами с вроде бы мягкой тканью (слава богу, затеяли они эти проверки на кровати), как тут же их словно ошпарило. Вика зашипела и собиралась уже снова вернуться на живот или хотя бы на бок, но не судьба.

Сверху опустилось тяжёлое тело, Егор принялся покрывать поцелуями её лицо, шею, ласкать грудь, живот, а потом приподнял одну ногу, задирая себе на плечо, и толкнулся уже смазанными пальцами в сжатый пока ещё анус. Ох, да… А вот такое сочетание быстро окунуло в нужный настрой, и когда в неё втиснулась горячая плоть любовника, стало вообще крышесносно.