А когда мальчик и девочка немного подросли, то сначала сидели на стульчиках рядышком, поедая тортики, а потом под присмотром нянек шкодили и исследовали дом, а их мамы и папы веселились.

Да и вообще Дилайла с сынишкой были у нас частыми гостями. Рыжая княжна обладала магией, порталы для нее сложностью не являлись, а потому они с маленьким Ренардом навещали нас чуть ли не ежедневно.

С демонами вообще сложилась странная ситуация. И Навасса, и Кайен были убеждены, что именно рогатые бестии приложили руку к гибели прошлых князя и княгини Нэвис. Очень уж странной была их смерть под снежной лавиной, чувствовался тут магический душок. Да и покушения на меня… Лорд Хельгурд был абсолютно уверен, что из всех этих случаев нападений и смертей торчат хвосты с кисточками на концах. Но доказать ничего не мог, потому что не было ни единой зацепки. Вообще ничего подтверждающего, что именно демоны причастны. А нет доказательств — нет повода предъявить претензии.

И поначалу и муж, и его советник были недовольны моим общением с Дилайлой. Но они оба были не простыми оборотнями, а прежде всего политиками. А для политики лучше худой мир, чем добрая вражда. И они махнули рукой, заявив, что демоны с ними, с этими демонами. Что было, то было, ничего уже не вернешь и не докажешь. А посему — будем дружить, вместе пить (если придется), детей растить, а потом женить. Все же ближайшие соседи, хоть они интриганы и сволочи. Но опять же — последнее недоказуемо. К тому же раз уж даже Нэвисы и Ольвиардты породнились — это после кровавого-то конфликта, — то придется и рогатых терпеть. Война (ни тайная, ни явная) никому не нужна.

— …Мама, мама! Ну скажи же ты ей! — прибежал к нам юный княжич демонов, придерживая рыжий хвостик рукой. — Она опять!

В дверях застыла рогатая и хвостатая няня, не решившаяся потревожить покой знатных особ и потому приглядывающая за малышом с порога комнаты.

— Ренард, что на этот раз? — подняла брови Дилайла и повернулась к своему четырехлетнему сынишке.

— Азалия опять иглает с моим хвостом! Это нечестно! Она снова в кошку пелекинулась, — возмутился демоненок, не выговаривая букву «р».

— Завидовать нехорошо, — строго произнесла княжна.

Я спрятала улыбку, чтобы не расстраивать мальчугана. Азалия нежно любила своего рыжего друга, но все время бегать девочкой ей надоедало, а потому маленькая пантера перекидывалась в звериный облик и гонялась по всему дому за своим будущим женихом, играя с его хвостом. Она говорила, что охотится на кисточку, потому что та похожа на мышку.

— Ренард, а ты поймай Азалию и почеши ей животик и за ушком, — посоветовала я. — Кошечкам это нравится. Пусть она играет с твоим симпатичным хвостиком, а ты ей щекочи пузико.