— Боюсь, после этого демарша список вопросов к сенатору только возрастет!

Будучи «первым среди равных», президент Федерации давно и умело лавировал, сталкивая лбами одних и объединяясь с другими, за счет чего и смог занять «председательствующее кресло», тем самым выведя и свою корпорацию, и, соответственно, уровень доходов, на новую высоту. Остальные сенаторы тоже были очень непросты, но Ас Тойдер все же всегда оказывался хоть на самую малость, но лучше, хитрей, изворотливей… Или — удачливей!

— Да, господа. Множество неотложных дел заставили меня воспользоваться этим правом. — спокойно ответила голограмма сенатора Ас Коллхейна.

— Уже повторно в этом году. — едко заметил сенатор Ас Венно. — Что, дела совсем плохи?

— Справляюсь. — Ас Коллхейн не удостоил говорившего даже поворотом головы.

— Не просто «повторно», а «в последний раз в этом году»! — веско заметил Президент. — Оба «права» использованы, поэтому на следующем заседании попрошу присутствовать! Сенатор Ас Тирретс первым подал заявку на выступление. Прошу!

— Да, благодарю! — кивнул глава ФПК. — И начну я, пожалуй… с вопросов к нашему многоуважаемому сенатору Ас Коллхейну! Как вы объясните массовое передислоцирование групп кораблей вашего «боевого отдела» и перенос весомой части производственных линий?

— Никак. Коммерческая необходимость.

— А строительство нескольких новых станций? Сбор ваших групп в полноценные эскадры? — Ас Тирретс придвинулся к столу и перенес вес на локти, пристально глядя «в лицо» голограмме. — Господа, а вы знаете, что у нашего сенатора, оказывается, настоящий боевой флот примерно в три с половиной, а то и четыре, тысячи кораблей!?

— Это не имеет к делу никакого отношения. — парировал глава «БиоФарм». — Это частное дело корпорации, на что тратить бюджет! Может, сенатор, вы еще попытаетесь посчитать мои деньги?

— И то, что они собираются в одном месте, тоже «к делу не имеет отношения»? — прищурился Ас Тирретс. — И то, что эти корабли раньше добавляли спокойствия и порядка на внутренних маршрутах?

— Не имеет. — усмехнулся Ас Коллхейн. — Это внутреннее дело

— А вот это? — глава Федеральной Полицейской Корпорации помедлил. — Господин президент?

— Да, конечно! — махнул рукой тот, заранее предупрежденный о планируемом.

По его знаку перед сенаторами возникла голограмма, на которой что-то щебетала милая дикторша. Звук стал громче.

— «… развитие этого скандала! Как вы можете видеть на этих шокирующих кадрах…» — за спиной дикторши разворачивалась нарезка кадров из «закрытой секции».