Ты навсегда запомнишь, как стоял под штандартом своей центурии в общем строю. И тех, кого с нами не было, это тоже отлично помниться. Сугон, кстати, уже тогда ловчил, писарь...

По лицу Нормана Грестоса пробежала едва заметная гримаса презрения.

-    Поэтому трудно ожидать от него другого отношения, - продолжил мужчина.

Они некоторое время шли молча. Когда они вышли к одному из фонтанов, Нэйран подошла к чаше, подставила руку под холодную тугую струю.

-   А дальше... - ее голос дрогнул. - Дальше, матушка... Демион...

Принц подошел ближе.

-   Да, Нэя, - произнес он. - Именно так. К сожалению.

Губы девушки дрогнули.

-    Только из-за того, что его отец не дал ему поехать на Стену? - глухо спросила она. - Это так важно? Он же будет тот же Демион. Что изменится, пап?

-     Это трудно объяснить... - вздохнул Норман Грестос. - Трудно объяснить, пока ты сама не увидишь разницу. Поверь, она будет. И не Демион изменится. А Хагер. И все те, кто там сейчас. На Стене, когда на тебя идет волна дерра, быстро обнажается суть разумного. Вся эта шелуха... Она слазит. И видно каждого.

Нэйран подняла руку, которую подставляла под воду и медленно провела ею по своей щеке. Черты ее обострились, превращая лицо в маску.

-    Надо ограничить Сейрусов? - голос девушки был лишен эмоций. - Все поэтому?

Она посмотрела на отца. Тот ответил ей чуть прищуренным взглядом, словно думая, говорить или нет.

-    Это ответ, Нэя, - произнес, наконец, мужчина. - В Империи может быть только один Род, который принимает Решения. И это не Род Сейрус. Дакветор именно таким образом привели к междоусобице. Сейрусы... Видимо, все-таки эта судьба настигла и их. Власть - это инструмент, а не цель.

-    Неужели Сейрусы этого не понимают? - спросила Нэйран.

Норман Грестос посмотрел на искрящиеся в закатных лучах струи воды.

-     Сначала... - мужчина вздохнул. - Сначала ты делаешь себе маленькую поблажку. Этого, естественно, никто не замечает, потому что она действительно мелкая. Потом ты делаешь так еще раз и еще. А потом перестаешь замечать, что это поблажки. Это становится нормой, базовым уровнем. И отступления становятся уже не мелкими. А если вокруг тебя такие же, если они считают это нормой... А ты, как более влиятельный, можешь позволить себе не считаться с мнениями...

Норман Грестос строго посмотрел на дочь.

-      Например, позволить себе считать, что аристократ - это прежде всего статус, - произнес он. - Что он может не быть военным, не быть защитником.

Мужчина вскинул голову.

-     Твоя мать провела в легионе десять лет, - жестко произнес он. - И ее мать, твоя бабушка тоже там была. И все Алестис. Да, не все были воинами, кто-то служил в куратории. Но никто из Алестис не избежал этого и не пытался избежать. А в следующем году и ты последуешь их примеру.