– Значит, так, товарищи, – произнес Одинцов, – наши ученые, занимающиеся этим вопросом, установили, что с определенного момента по отношению к нашим мирам уже нельзя с полной ответственностью применять термины «прошлое» и «будущее», поскольку исторические процессы в них полностью утратили между собой причинную связь. С какого-то определенного момента – скорее всего, с 22 июня известного года – изменения в вашем мире стали необратимыми, в силу чего он отделился от так называемой Главной Последовательности, из нашего прошлого став просто параллельным миром, лежащим по отношению к нам на более раннем участке временной шкалы.

В силу этого и стало возможно открывать порталы не только от нас к вам, но и наоборот.

– Лаврентий, – спросил Сталин, – ты что-нибудь понял? Ты же ведь все-таки почти инженер.

– Да, товарищ Сталин, – ответил Берия, – понял. Теперь, благодаря присутствующим здесь товарищам, мы сами определяем судьбу своего мира, а не катимся в будущее по один раз кем-то проложенным рельсам. Ведь так же, товарищ Одинцов?

– Да, так, – подтвердил куратор самого секретного проекта в истории Российской Федерации, – точнее, мы с вами совместно определяем судьбы обоих миров, поскольку ни к чему иному взаимный обмен эксклавами привести не мог.

– И это тоже верно, – подтвердил Берия, – очевидно, нам придется привыкать жить, имея перед глазами две сетки координат.

– В этом случае, – произнес Сталин, – есть мнение, что мы могли бы немного, как это у вас говорят, потроллить ваших так называемых западных партнеров тем, что, мол, поскольку мы союзники, то любые угрозы и шантаж в ваш адрес воспринимаются нами предельно остро.

И если их действия выйдут за дипломатические рамки, став чем-то большим, чем просто разговорами в пользу последователей прибалтийских фашистов и самостийных украинцев, мы тоже можем задействовать свои войска, в том числе и специального назначения, расквартированные в настоящий момент на территории Западной Европы сорок первого года. Угроза на угрозу, шантаж на шантаж. Я думаю, что ваши западные партнеры прекрасно поймут аргументы подобного рода.

– Конечно, товарищ Сталин, спасибо, – сказал президент Путин, – но лучше не надо произносить такие вещи вслух.

Суверенитет Российской Федерации надежно обеспечивают стратегические ядерные силы, воздушно-космические силы, сухопутная армия и военно-морской флот, а то, что вы сейчас сказали, наши «партнеры» поймут и без слов. Не такие уж они и дураки.

После этих слов президента Шойгу и Герасимов дружно кивнули.

– А в случае войны? – спросил маршал Шапошников. – Ведь мы должны вам как минимум один глобальный исторический сдвиг.

– А в случае войны, – сказал Путин, – возможно все.