Стоило помнить, насколько легко она восприимчива благодаря эмпатии детей к любому проявлению ярких эмоций, тем более моих, и особенно теперь, когда мы гораздо теснее связаны друг с другом. К тому же часть меня испытала, как ни странно, некоторое облегчение. Теперь смерть её безумной мамаши от моей руки не сможет встать между нами. По крайней мере, до поры до времени. К тому же, в другой раз я поступлю гораздо более хладнокровно, как, например, с той же Алисой. Мать моих детей никогда не узнает, что стало с ней. Ей это ни к чему. Грязи в этом мире и так хватает.

— Андрей поэтому меня обнял. Я перенервничала после разговора с мамой. Ничего такого, что ты себе напридумывал. Я его сама не обнимала и отстранилась сразу же, — провела она ладонями по моим плечам: то ли чтобы меня успокоить, то ли себя, так как и сама теперь выглядела слишком задумчивой и хмурой.

Если рассчитывала, что меня это успокоит, тут она прогадала. Наоборот. Едва в памяти вспыхнуло то, с чего началось моё возвращение сюда, как я опять начал злиться. Словно в ответ на мои мысли и эмоции, в животике моей пары заволновались близняшки, а я аккуратно выпустил силу в стремлении утихомирить их. Я оказался прав. Это помогло. Дети тут же успокоились.

— Хрень полная. На утешение это было совсем не похоже. К тому же, каждый оборотень здесь прекрасно знает, что прикасаться к тебе разрешено только если от этого будет зависеть твоя жизнь, — противопоставил жёстко. — А знаешь, на что это было похоже больше? — спросил следом, хотя в подтверждении не нуждался. — На то, что он нуждался в тебе. Как и ты в нём. Сильно.

— Вовсе это не так! — возмутилась Крис вполне себе искренне.

— А как тогда? — продолжил закипать и я.

Куда проще было просто прекратить этот разговор. Погасить слишком яркие эмоции. Ей они вредны. А свои я мог бы и придержать до поры до времени. Это ведь когда-то было моим самым стойким умением. Тот, кто посмел оспорить моё право, может и дышал сейчас благодаря моей паре, но это не значило, что так будет продолжаться и дальше. Как только я увижу его вновь, её рядом не будет. А он расплатится сполна. Своей жизнью.

— Потому что, даже если ты и отстранилась, то лишь потому, что я сбил его с ног, чтоб он больше не протягивал свои загребущие руки на то, что ему не принадлежит, — закончил с ворчливым рычанием.

Может, и подумал прежде о том, чтоб уйти и закончить начатое по части белого волка, но и оставить её в таком состоянии тоже было нельзя. После того, как договорил, пришлось выдыхать и заново вдыхать. Медленно, позволяя нашему совместному запаху проникать в лёгкие как можно глубже, как самое красноречивое напоминание тому, что моя девочка принадлежит лишь мне одному.

Кто сказал, что вместе с меткой становится легче?

— Неправда, — качнула Крис головой.