Нельзя ему такое говорить, да?

Но и врать как-то нехорошо, но можно ли считать это ложью во благо? Его же нервной системы? Вполне!

Внимательно рассматриваю каждое фото и видео, облизываюсь и с горечью осознаю, что Юра превратил меня в нимфоманку. Не то чтобы это плохая новость, правда.

Но надо же включать мозг хоть иногда!

“Юра, я ж не самоубийца”.

Печатаю и краснею. Увидел бы он меня сейчас, сразу бы понял, что я нагло вру в лицо.

“Кстати говоря, я не гинеколог, а могу посмотреть, но ты же не хочешь”.

Читаю и широко распахиваю глаза, ощущая мучительно тянущие волны внизу живота.

В груди тоже волнительно и трепетно. Тяну ладонь к острию своих самых выдающихся частей и вздыхаю, прикрывая глаза.

Сжимаю налитую грудь и понимаю, что я безумно хочу Юру во всех тех позах, что он успел мне накинуть. Проталкиваю вязкую слюну и заставляю себя включить сознание. Желательно не размытое в неразборчивое пятно.

“Что тебе приготовить, Юрочка?”.

“С Твоих рук хоть яд, малыш, но я очень голодный”.

Почему мне кажется, что мы совсем не про еду сейчас говорим?

“Очень. А еще я как истинный моряк Красного моря не боюсь, ну это если ты все-таки надумаешь”.

Обезбол еще действует, но даже с ним я рисковать не хочу. Меня по большей части тошнит и мутит во всем этом. Хочется секса адово, но я буду упорно отнекиваться и врать в глаза, чтобы не было эксцессов.

А еще мне очень стыдно, и ничего с собой я сделать не могу. Однажды я попросила Леона купить мне прокладки, ничего более ужасного в своей жизни я не испытывала.

Столько мне наговорил, вплоть до того, что существуют службы доставки, и я могла бы воспользоваться ими, а не просить его краснеть в аптеке.

Без задней мысли я все-таки делаю самое странное, самое, как мне кажется, рискованное.

“Юр, я забыла прокладки купить. Купишь?”.

Отключаю телефон и смотрю в стенку. Мне быстро приходит ответ, но я не решаюсь глянуть в этот ответ. Пульс с особенной силой грохочет в висках.

Мама говорила, что я должна знать как облупленного мужчину, от которого собираюсь рожать.

Однажды я закрыла на это глаза и посчитала эти фразы тривиальными, а сейчас пользуюсь советом мамы и с ужасом жду прихода Шолохова.

Делаю все приготовления для пюре и отбивных, быстро нарезаю салат. Самой и кусок в горло не влезет, но мужчину надо как-то встречать. Ближе к девяти заканчиваю готовку и сервирую стол.

Он заходит ко мне в квартиру, открывая дверь своим ключом, о чем я даже не задумываюсь. Наверное, моя мама оставляла запасной набор у соседей. А теперь ему вроде как и разрешение не нужно.

Взмыленный и растрепанными мокрыми волосами он входит на кухню с пакетами наперевес. Ярчайшая улыбка на лице заставляет млеть, а трусики намокать моментально.

Перевожу внимание на пакеты.