Все было бы прекрасно, если бы в этот момент со строевой подготовки не шел третий взвод, впереди которого гордо бы не вышагивал Шолохов Юра, пронзающий меня всеми возможными злобными взглядами, припасенными в его арсенале.

И снова я рядом с ним. Еще и кофе. Да и как так оказывается, что мы настолько близко стоим?

—Здравия желаем! — хором произносят курсанты.

У меня аж поджилки трясутся, стоит только внимательно рассмотреть лицо Юры. Еще пару мгновений… и он сорвется с цепи.

Чем все это закончится, известно одному лишь Богу.

—Доброе утро, ребята, — отзываюсь еле слышно.

По телу скользит предательская дрожь, да и я вся покрылась тонкой пленкой липкого пота.

Нам срочно надо поговорить. Хоть бы и после пары, да? Хоть бы и в закрытой им же аудитории, несмотря на то, что себе я обещала совсем другое.

Стражева оставляю стоять изваянием со стаканом невостребованного кофе.

Дрожащими от нарастающего волнения руками беру ключи от аудитории и подхожу к кучкующимся курсантам. Они все как на подбор выстраиваются в шеренгу при виде меня и перестают болтать. Все, кроме Юры.

Юры просто нет. Торможу, и на языке начинает вертеться самый важный в данный момент вопрос, но я запрещаю себе и слово произнести.

Это будет значить, что я среди множества курсантов безошибочно могу определить отсутствующего? Дело ведь тогда будет исключительно в том, что он мне важен.

Нервно улыбаясь, я открываю замок и захожу в аудиторию. Увиденное на столе заставляет ноги врасти в пол и замереть всем телом изваянием. Дыхание перехватывает, и это как удар под дых.

Огромный букет розовых пионов в корзине-плетенке с пышным бантом в тон цветам. Вау. Это просто вау. Первый порыв улыбнуться и подойти, чтобы насладиться ароматом.

А потом я вспоминаю, что это не мне дома подарили.

Курсанты молча заходят в аудиторию, наверное, во второй раз такого уж потрясения они не испытывают.

Розы, которые были подарены вчера, отсутствуют.

Кусая губы, пытаюсь восстановить ровный пульс.

Понятия не имею, что с букетом Стражева, ведь я оставила все как есть, лишь в воду поставила, чтобы не завяли. Некрасиво было бы забрать с собой, да и выкинуть как-то неловко. Проще не прикасаться к ним? Однозначно, иначе внутри рождается стойкое ощущение, что я предаю Юру.

Даже будучи в отношениях с Леоном, я не принимала и малейшие знаки внимания от других мужчин. Конечно, их было в избытке, порой даже слишком много, некоторые пытались меня купить золотом и бриллиантами, а кто-то упорно считал, что дело может сдвинуться с мертвой точки, если подарить машину.

Конкуренты Леона ставили себе цель завоевать меня не просто как красивую женщину, но и как инструмент, с помощью которого можно было бы надавить на моего бывшего жениха.

Глушу в себе улыбку и подхожу к букету.