Высокая сутуловатая фигура в традиционной абе и чалме неспешно удалялась по аллее в сторону жилого квартала. Охранники молча смотрели вслед. Кто-то представлял, как эти живые мощи седлают одну из самых красивых девушек Джизана, и втайне возмущался этой противоестественной связью; кто-то подсчитывал в уме, сколько лет еще продержится старик, благодаря которому они имеют постоянный заработок и не должны беспокоиться о дне завтрашнем… ведь вряд ли все останется по-прежнему, когда во главе рода станет его сын Саид, человек жесткий и еще более непредсказуемый… Ну а кто-то просто мысленно торопил шаги старика, чтобы скорее достать нарды и начать партию.

Никто из них не подозревал, что видит Дауда аль-Хакатти последний раз в своей жизни.

Он не вернулся ни через два, ни через три, ни через шесть часов. Около полуночи, наплевав на все запреты, испуганные охранники отправились на квартиру к Лейле. Окна были темны, на звонок никто не открыл. Охрана взломала дверь – внутри было пусто и голо, на полках шкафов не осталось даже пары белья. Соседи по этажу сказали, что Лейла куда-то уехала еще вчера вечером и больше не возвращалась.

Сбежала! У кого-то мелькнула мысль, что старик, узнав о побеге любовницы, обезумел от горя и бродит сейчас в прострации по ночному городу. Тут же был поднят на ноги весь личный состав городской полиции, допрошена охрана дома, вскрыты камеры слежения, расположенные у парадного входа и поблизости. Однако, как очень скоро выяснилось, Дауд даже не приближался к дому.

Он просто исчез.

Девять дней после событий в БейрутеШейх Саид ибн Дауд аль-Хакатти, возглавивший поиски отца, с самого начала отмел версию случайного исчезновения.

Дауд не был слабоумным старичком, который мог заблудиться, попасть под машину или просто свалиться где-нибудь на тротуаре. Его пропажа явилась результатом тщательно спланированного заговора. Вся смена личной охраны Дауда была допрошена с пристрастием, но даже под пытками никто ни в чем не сознался. Один из телохранителей сказал, что после возвращения Дауда из клиники тот показался ему несколько странным: тембр голоса вроде бы немного изменился, и сутулился старик больше обычного, как бы скрывая лицо, и ни разу не отер пальцами краешки губ, хотя это был его привычный жест, что-то вроде нервного тика. Но подозрений тогда никаких не возникло, телохранитель списал все на стресс в результате посещения клиники – кто знает, что Дауду сказали эти врачи? К тому же разглядывать в упор лицо хозяина было бы верхом неприличия, за что можно поплатиться не только работой, но и головой.

Больше никаких странностей выяснить не удалось. Начальник службы охраны умер во время пытки, остальные были казнены в подвале резиденции аль-Хакатти.